Он опустился на верхнюю ступеньку и протянул фотоаппарат Элис.
– Не могли бы вы?..
– Боюсь, кнопки и колесики слишком маленькие для моих пальцев.
– Нет, – сказал Финч. – Просто посмотрите.
Он отдал ей фотоаппарат и сосредоточился на зазубрине в ступеньке, не желая видеть выражения лица Элис. Она целую минуту смотрела в видоискатель, потом опустила фотоаппарат. Ее рука легла Финчу на плечо, и, повернувшись, тот прочел на ее лице такое же недоумение, какое, наверное, было написано на его собственном: круглые от шока глаза, слегка приоткрытый рот. Финч покачал головой, опустил веки и тихо выругал Томаса. А заодно и жену Дилана. Так вот почему Байбер выбрал Стивена.
– Вам придется ему сказать, – прошептала Элис.
Финч почувствовал, как его сердце сжимает кулак.
– Не думаю, что смогу, – проговорил он.
– Финч, он должен узнать. И скоро.
Она многозначительно кивнула в сторону молодых людей, болтающих у камина.
Финч вызвал такси, безапелляционно заявив, что с Агнеты и Элис на сегодня хватит и всем им не помешает хорошенько выспаться. Агнета наконец уступила, чуть не задушив Финча в неожиданных объятиях и чмокнув Стивена в щеку. Они ушли, договорившись на следующий день встретиться в отеле на позднем завтраке. Всю короткую дорогу до гостиницы Финч молчал, стараясь не смотреть на Стивена.
– Финч, я что-то сделал?
– Гм? Нет, нет. Ты ничего не сделал.
Финч стиснул зубы.
– По-моему, я немного не понравился Элис.
– Правда? Я не заметил, – отозвался Финч и посмотрел в окно на гирлянду из огоньков, которой были оплетены три ветки, сияющие в холодном воздухе. – Думаю, она до сих пор не может переварить откровения сегодняшнего дня. Им не видно было конца.
В гостинице Финч распределил, кому какие письма писать, и попрощался на ночь. Стивену он поручил оповестить Крэнстона и направить фотографии второй панели триптиха в лабораторию, а на себя взял задачу связаться с Байбером.
– И я выключаю эту чертову штуку, – сказал он, помахав перед лицом Стивена мобильным телефоном. – Если я понадоблюсь Лидии, она, как и ты, сможет позвонить мне в номер.
Благополучно запершись у себя в комнате, Финч рухнул на постель. Одно дело знать, что собираешься причинить боль абсолютно незнакомому человеку, как было с Агнетой. До сих пор она существовала для него всего в двух измерениях, как нечто воображаемое, как вымысел, в который до конца не верят. Но Стивен был настоящим, необъяснимо располагающим к себе, до буйности увлеченным, одареннейшим балбесом, отчаянно нуждающимся в одобрении единственного человека, который больше не мог его дать, – человека, которого он знал как своего отца.
Мысль о том, что придется сказать Стивену правду, которая, вероятно, его опустошит, была Финчу невыносима. Помоги мне, Клэр. Он закрыл глаза и зарылся лицом в накрахмаленную простыню в горячей мольбе к небесам – чтобы в эту минуту ее голос не стих для него навсегда, подобно звезде, упавшей с темного неба в бездну молчания.
Ее дыхание согрело ему щеку. Мне больно видеть тебя таким.
Как мне быть?
Наступила тишина, и в этой тишине глухим ударом по сердцу Финч ощутил каждый день, прожитый без жены. Что ты сказал Элис, когда она спрашивала тебя сегодня о Натали? Теперь я то же самое скажу тебе. Стивен взрослый. Он сделает собственные выводы о том, что ты ему расскажешь, и о тех, кто участвовал в этой истории.
Ему будет больно.
Да. Но он будет исцелен. Его семья больше, чем он думал. Сводная сестра и ее мать. Мужчина, которого любит последняя, племянник того мужчины и женщина, которая о них всех заботится. И ты, Денни. Разве ты ему не друг?
Это разные вещи.
Клэр насмешливо фыркнула, и ее волосы защекотали Финчу ухо. Ах, неужели? Укладывайся спать, дуралеюшка. Ты вконец себя извел. Нужно набираться сил, если хочешь катать моего внука на своем упрямом загривке.
У себя в номере, слишком взбудораженный, чтобы спать, Стивен загрузил фотографии в ноутбук, быстро направил их в лабораторию и отстучал сообщение Крэнстону. Рискуя навлечь на себя гнев Финча (который, впрочем, не обещал быть настолько лютым, чтобы его нельзя было умаслить), он послал несколько фотографий миссис Блэнкеншип, проинструктировав ее как можно скорее распечатать их и показать Байберу: Агнета на заднем дворе рядом с одной из своих скульптур; Элис и Агнета под картиной; и, чтобы показать Байберу, что его дочери симпатичен человек, которому он поручил ее разыскать, – фото, где они с Агнетой стоят у камина. Закончив, Стивен растянулся на постели и сложил руки за головой, глядя на низкие балки потолка и гадая, где может находиться третья панель.