И видела, как стена здания взорвалась. Когда пыль и дым немного рассеялись, я разглядела черную дыру – огромную, какую мог бы пролезть человек, – в том, что раньше было стеной дома.
Я почувствовала, что кровь отхлынула от моего лица; мне пришлось ухватиться за поручни, чтобы не упасть. Я мало что понимала, но связь между трубами на корабле, издававшими оглушительные звуки, и разрушенной стеной была ясна. Трубы выбрасывали что-то, как лук выбрасывает стрелу, только эти снаряды летели настолько быстро, что я даже разглядеть их не могла. Более того, попав в цель, они причиняли такой урон…
Никогда еще я не чувствовала такой растерянности. Тор, Алайн и Флейм все еще оставались в деревне, и я не знала, как их спасти.
Я повернулась к Датрику:
– Ты пользуешься силв-магией? Но ведь она не может убивать!
Датрик самодовольно покачал головой:
– Это не магия. Такое доступно каждому, кто знает, чем и как воспользоваться.
– Останови их!
– Остановить? Но ты же сама просила, чтобы нападение было совершено сегодня! Кстати, расскажи-ка мне об этой птичке. Дастелец, как я понимаю? Я слышал о них… Ну, так или иначе, ты наверняка имела веские основания требовать нападения.
И лихорадочно искала доводы, которые заставили бы Датрика остановиться.
– Там Флейм, а она единственная, кто знает, где искать Деву Замка. Это абсолютно точно – она знает, я совершенно уверена. Более того, – добавила я в надежде, что это убедит Датрика, – скорее всего Дева Замка тоже в Криде.
– У тебя есть доказательства?
– Жизнью своей ручаюсь.
– Знаешь, Флейм пообещала, что передаст в мои руки Деву Замка, если я спасу тебя.
Дерьмо! Ну почему эта безмозглая красотка никогда меня не слушает?
– Ты согласился?
– Нет. Она настаивала на немедленных действиях, а мы еще не были готовы. Кроме того, я уверен, что она лгала. Если бы она знала, где скрывается Дева Замка, она открыла бы это раньше. Ни одна женщина не согласится лишиться руки, лишь бы не проговориться.
Я фыркнула. Где уж тебе понять, толстокожий выродок… Флейм стоит десятка таких, как ты.
На лице Датрика все еще было написано сомнение.
– Поверь мне, Датрик, – сказала я, – Дева Замка в Криде.
Однако во взгляде, который подарил мне советник, было больше подозрения, чем доверия.
– Если я прикажу прекратить атаку, я лишусь преимущества внезапности. Дун-маг может скрыться.
– Разве ты не послал воинов сторожить дорогу по суше?
– Конечно, послал. И лучников, и силвов. Они уже заняли позицию: мы в любом случае собирались напасть на деревню завтра на рассвете. Блейз, если ты хочешь, чтобы я отказался от своего плана, ты должна привести веские основания. И еще более веские для того, чтобы я приказал прекратить обстрел.
– Я же не знала, что ты… ты собираешься уничтожить Крид! И заодно Флейм и Деву Замка! Послушай, Датрик, что тебя тревожит? Даже если дун-маг переживет этот… этот обстрел, он попадет в руки твоих воинов. – То есть попадет, конечно, если не сумеет проскользнуть мимо, воспользовавшись своей магией… – Беда была в том, что Датрик представлял себе все возможности так же ясно, как и я. Поэтому он и поставил корабли на якорь вдали от берега и обстреливал Крид с безопасного расстояния. Датрик и так уже потерял слишком много силвов; он не хотел терять их еще. – Дай мне лодку и час времени, и я привезу Флейм. Если я найду Деву Замка, я привезу и ее. Всего один час без стрельбы – с того момента, когда я высажусь на берег.
Датрик уже открыл рот, чтобы отказать мне…
У меня из-за спины раздался голос:
– Советую тебе сделать так, как она предлагает. – Обернувшись, я обнаружила, что рядом со мной стоит Рэнсом. Он был бледен, но решителен. – Не сомневайся в моей благодарности, сир-силв.
Намек, содержавшийся в словах наследника, был совершенно ясен, и я увидела, что Датрик задумался. Возможностью еще больше привязать к себе будущего владыку Бетани не следовало пренебрегать… Советник бросил пристальный взгляд на Рэнсома, потом повернулся ко мне и кивнул. Короткий приказ – и стрельба прекратилась. Сигнальщик замахал флагами, передавая тот же приказ и второму кораблю. Жуткий рев, казалось, переворачивал весь мир вверх ногами, и установившаяся тишина оглушила меня.
– Я отправлюсь на лодке вместе с тобой, – сказал мне Рэнсом, – и подожду тебя на берегу.
Я кивнула; я была слишком удивлена и слишком устала, чтобы испытывать благодарность. Впервые Рэнсом проявил настоящую храбрость; похоже, он так нуждался в Флейм, что это придало ему твердости. В лодке, которая везла нас к берегу, он только спросил меня, все ли с Флейм в порядке; несмотря на все старания казаться спокойным, дрожь в голосе выдала его истинные чувства.