Флейм посмотрела мне в глаза. В полумраке она выглядела очаровательной: мягкий свет не позволял разглядеть боль в ее глазах и делал ее красоту более одухотворенной; однако для меня ее истинная прелесть заключалась в сочувствии, написанном на ее лице.
– Прости меня. Мои причитания по поводу жизни в роскоши тебе, которой постоянно приходится бороться за существование, должны казаться бестактными.
Я покачала головой:
– у каждого человека своя тюрьма. Мы просто должны найти способ из нее вырваться.
– Да. Мне дорогу показали дастелцы. А как насчет тебя, Блейз? Как тебе удалось выйти на свободу?
Я задумалась. Была ли старуха нищенка, живущая на кладбище в Ступице, тем человеком, кто научил меня полагаться только на себя? Направили ли меня на правильный путь менодиане с их бескорыстной самоотверженностью? Или Арнадо, показавший мне пример элегантности и чувства чести? А может быть, Датрик, поставивший передо мной цель? Нет, все же скорее дело было в гневе – постоянно сжигающей меня ярости из-за всех тех несправедливостей, на которые меня обрекла моя смешанная кровь.
Флейм, казалось, прочла мои мысли.
– Не говори мне, что тебе помог Датрик. Этот человек – дрянь. Хранители все…
– Ох, не начинай еще и ты! Я только и слышу об этом от Тора.
– Он прав. Если бы не хранители, поддерживающие беспомощную аристократию, потому что им легче управлять тиранами, наши острова были бы лучшим местом, чем они есть. Хранители хвалятся тем, что установили равенство и выборность правителей, но в других государствах, по их мнению, это угрожало бы стабильности, поэтому они оберегают власть местных деспотов.
По-моему, Руарт – анархист, раз научил тебя всему этому, – проворчала я. – Вы с Тором – два сапога пара. Вы хоть представляете себе, что будет на островах, если правители-тираны вдруг исчезнут? Ведь воцарится хаос!
Флейм весьма неэлегантно фыркнула, и мы обе поспешили переменить тему, опасаясь, что, в конце концов, поссоримся. Мы еще немного поболтали, но потом Флейм начала метаться, пытаясь найти более удобное положение. Я дала ей еще снадобья, и она уснула, держа меня за руку.
Проснувшись, я обнаружила, что уснула сидя, положив голову на постель Флейм. Она все еще крепко спала. Руарта нигде не было видно.
Разбудили меня шаги Тора, подошедшего к постели.
– Флейм прекрасно выглядит, – сказал он.
Я встала; мгновенное головокружение едва не заставило меня потерять равновесие. Теперь события ночи казались совершенно нереальными.
– Тор, – тихо, чтобы не разбудить Флейм, спросила я, – почему ни ты, ни я не выбежали из комнаты и не проткнули мечом негодяя? Нам ведь не нужно было опасаться магии.
– Знаешь, мне кажется, что именно этого он и хотел добиться. Наверное, он нас все-таки опасается – тебя, во всяком случае. Непонятно, многое ли ему известно обо мне… Может быть, он как раз и рассчитывал, что ты кинешься его искать.
Я обдумала слова Тора.
– Так ты думаешь, это была ловушка? Кто-нибудь вроде вооруженного до зубов Домино… да и не один… ожидал меня за дверью?
– Вполне возможно. Не сомневаюсь: у него есть телохранители, хотя, по-моему, его главное желание было подразнить нас.
– Но… мне и в голову не пришло его прикончить. – Я испытывала растерянность и непонятный стыд. – Я была так напугана, что страх почти парализовал меня.
Тор мрачно улыбнулся:
– Смешно, правда? Я хочу сказать – что он так старался. Этот маг боится нас больше, чем для того есть основания. Он просто не представляет себе, что это такое – Взгляд.
Я поняла, что он имеет в виду. Мы не просто обнаруживали дун-магию; мы чувствовали, мы чуяли ее скверну, могли оценить ее силу и способность причинять зло. Могущество Янко ошеломляло нас, заставляло испытывать ужас и отвращение. Этой ночью я нисколько не сомневалась: в его власти было погрузить в морскую пучину целый архипелаг… он еще наверняка и смеялся при этом. Неудивительно, что мы с Тором не нашли в себе сил действовать.
– Тор, дун-маги… Кто… что они такое?
– Священные книги менодиан говорят, что они порождение морского дьявола.
Я недовольно фыркнула:
– Пустое сотрясение воздуха! Дун-магами рождаются или становятся?
– Ты подозреваешь, что все они начинали жизнь как силвы и были потом превращены в дун-магов?