Динамик замолкает, и дверь в капитанскую рубку поднимается. В коридор каюты, где вдоль стен на лавках расселись бойцы, входит непосредственно сам капитан, как всегда держа зубами толстенную нетлеющую сигару.
— А теперь, — говорит он, перекатив сигару из одного угла рта в другой, — настала пора представить нового члена экспедиции.
Капитан под почтенное молчание подходит к доктору. Тот уже поднялся и неловко поправляет бронекостюм.
— Кевин, — тихо говорит бедняга, всё стараясь вывернуть наплечник в правильное положение, — давайте без этих формальностей…
— Доктор И́лван, биосферолог, — торжественно объявляет Капитан Кевин, проигнорировав просьбу, и выпускает в доктора густое облако дыма, вызвав этим улыбки бойцов. — Прошу любить и жаловать.
Из дальнего конца каюты раздаётся единственный аплодисмент, его тут же с весёлым гиканьем подхватывают. Доктор стоит с неуверенной улыбкой, всем существом чувствуя идиотизм своего положения.
— Наш почтенный гость, — продолжает капитан, положив руку ему на плечо, — будет изучать жизнь на планете до принятия окончательного решения о её ликвидации.
Глаза доктора округляются.
— Кевин, — взволновано обращается он к капитану, но тот делает вид, что не слышит.
— К нашему учёному следует относиться со всей уважительностью, ведь не часто на борт «Элизы» попадает целый доктор…
— Господин доктор! — раздаётся сиплый голос того, кто недавно заставил Илвана покраснеть. — У меня тут это, геморрой разгулялся. Совсем того, с кулак. Не посмотрите?
— Я… я доктор, а не врач, — заикаясь, объясняет биосферолог, но из-за поднявшегося ржача его не слышно.
Капитан показывает ладонь, успокаивая бойцов своей роты, беснующихся от остроумной шутки.
— Объект 2014-МФ-2, — раздаётся приятный женский голос поверх шума. — Металло-силикатная средняя планета. Имеет два постоянных спутника…
— Система: стоп! — приказывает капитан, вновь выпустив дым, и голос замолкает. После этого, бросив взгляд в индикатор на руке, предлагает доктору проследовать в рубку.
Здесь тесно: только и хватает места для двоих. Большое лобовое стекло сейчас непрозрачно. По нему на тёмно-красном фоне бегают чёрные графики, таблицы, уравнения. Снизу — на панели навигации — вращается серая планета. Её изображение порой подрагивает — снимок разведывательного дрона был искажён магнитной бурей.
— Пожалуйста, — говорит капитан, присаживаясь и указывая на кресло штурмана справа от своего.
Доктор садится, с интересом озираясь. Он ещё никогда не был в рубке. Капитан же, совершенно не стесняясь чужого присутствия, движением руки сметает графики, таблицы и уравнения со стекла и открывает личную почту. Доктор смущается, но всё же искоса поглядывает. Два сообщения. Первое: «Кевин! Куда пропал? Почему не отвечаешь? Тебе было плохо со мной? Или это всё из-за того случая в баре? Не молчи! Я беременна!»
С каменным лицом Кевин удаляет сообщение. Открывает второе и совсем короткое: «Пирк угнал твой байк!»
— Вот же гадёныш, — проговаривает он со странным одобрением. — Там же голосовая защита… маленький ублюдок…
Доктор сдержанно кашляет. На него обращают внимание.
— Где же ваш штурман? — осведомляется он.
— А-а, — отмахивается капитан, вновь перекатив сигару. — В прошлой экспедиции сожрали.
— Со… что? Кто?! — испугано взвизгивает доктор и видит, как собеседник кончиком языка облизывает свой торчащий золотой клык.
— Расслабьтесь, доктор, — выждав пару секунд, серьёзно говорит капитан и громко начинает смеяться.
— Это… это шутка? — Биосферолог часто моргает, пальцы сами стучат по ноге. В животе появляется неприятное ощущение. Этого ещё не хватало…
— Вы знали, на что шли, — Капитан перестаёт смеяться — уголёк сигары опускается. Заметив неподдельный ужас на лице доктора, добродушно и просто говорит: — Наш штурман в отпуске, не беспокойтесь за него.
— Эм, понимаете… всякое говорят о… о вашей профессии…
Но капитан не слышит эти оправдания: он уже сосредоточенно водит рукой над панелью с изображением планеты. Тут лобовое стекло становится прозрачным, и доктор совершенно забывает о злой шутке.
— Это ваш первый рейс, господин биосферолог?
Но тот пропускает замечание мимо ушей, лишь молча открывает и закрывает рот. Конечно, это далеко не первая экспедиция Илвана, просто он никогда не видал планету с орбиты. Так уж получилось, что от точки до точки группы учёных всегда доставляют в каютах без иллюминаторов. Видимо, чтобы не отвлекались от мыслей о работе.