— …и наши белоснежные халаты от вашей крови, — продолжил за историка постмодернизма хакер Пирк. Его озадаченный взгляд был направлен за пределы телепорта. Впоследствии я узнал, что юноша так же, как я и как Ксения Адольфовна, впервые путешествовал на другую планету таким способом. Конечно, гражданскими телепортами, перемещающими по поверхности Земли и в пределах орбиты, пользовались все без исключения. В них-то и нательные кресты разрешены, и транзит происходит без подобных спецэффектов.
Сверху, словно одинокий софит, начал загораться красный шар. Он осветил нашу круглую платформу, и я будто оказался на сцене. Появилось чувство, что я актёр, а всё происходящее вокруг — нереальное, постановочное, бутафорное… Но странное ощущение прошло сразу после того, как мы буквально врезались в окутавший нас Город.
— Что?.. — простонала космобиолог Элизабет и, неожиданно пошатнувшись, начала падать. Удачно оказавшись рядом, я аккуратно подхватил её и привёл в вертикальное положение.
— Всё в порядке? — осведомился Королёв, тоже ринувшийся на помощь девушке.
— Да, — слабо проговорила та, подняв на меня красивые голубые глаза, — простите, у меня такое часто…
— Подпространственная болезнь! — констатировал старик Ро. — Не переживайте, — обратился он по большей части к нам, чем к пострадавшей, — через пару минут слабость пройдёт…
Только сейчас, когда опустился защитный барьер, я почувствовал удушающий смрад. Мои коллеги тоже его ощутили, сморщились и попрятали носы в воротники халатов.
В отличие от земного, телепортариум Ариадны находился под открытым небом. Площадь, где он располагался, окружали небоскрёбы классической (присущей прошлому веку) архитектуры. Их холодные бока переливались в жарких лучах Нестора, и из-за преломления света казалось, что над самыми крышами разливается северное сияние. Но вот что-то прервало его размеренное дрожание: в чистом небе Ариадны появилось огромное тёмное пятно.
— Быстро! — раздался совсем рядом чей-то грубый незнакомый голос. — Под крышу! Кому сказал — под крышу!
Кто-то схватил меня за локоть.
— Бе-его-ом! — взорвалось над самым ухом.
Я отшатнулся и недоумённо посмотрел на человека в красной каске КСБ (Колониальная Служба Безопасности). Его лицо было закрыто респиратором, виднелся лишь вытаращенный глаз (другой был скрыт серебряной пластиной) с толстыми прожилками в белке. Мне захотелось указать этому господину на бестактность, но тут я понял, что бегу вместе с остальными, пригибаясь и запинаясь, через площадь к ближайшему зданию.
С неба, усиливаясь с каждой секундой, начал доноситься низкий гул. На нас упала тень и стремительно начала поглощать пока ещё освещённую площадь впереди.
— Бы-ыстро-о! — раздался всё тот же надрывный голос.
Гудение скачкообразно возросло и вмиг стало невыносимым. Я заткнул уши ладонями и опасливо поднял взгляд, надеясь увидеть источник шума, но заметил только дрожащие в сумраке стёкла небоскрёба.
Вход в здание был уже близко, и спустя несколько секунд мы оказались внутри. Только тогда я заметил, что кроме моих коллег и кричавшего сотрудника службы безопасности вместе со мной бежали ещё две красные каски.
— Что это всё значит?! — испуганно взвизгнула Ксения Адольфовна. Несмотря на свои сорок, она запыхалась даже меньше, чем юнец-программист.
— «Дирижабль»! — проорал, судя по сорванному голосу, одноглазый командир этой бригады.
Без того сильный гул возрос вдвое, и мы в ужасе обернулись на дверь.
— Чёрта с два! — закричал командир, содрав респиратор и врезав кулаком по висящему на стене рекламному баннеру (его слова я прочитал по губам, так как сквозь ладони, закрывающие уши, был слышен только вопль «дирижабля»).
И вдруг всё стихло. Шум остался лишь в голове (и потом ещё долго не проходил). Сначала мне показалось, что я просто оглох, ведь не мог различить даже собственного тяжёлого дыхания. Но вот будто из глубины прошелестел голос старика Ро:
— Извините меня, пожалуйста, почему доктор Илван не встретил нас? Это вообще — Ариадна? Что вы имеете в виду под словом «дирижабль»?
Командир бригады сдвинул седые лохматые брови и провёл по нам пристальным одноглазым взглядом, затем медленно прохрипел:
— Похоже, до Земли не дошли мои рапорты, и вновь прибывающих учёных никто не проинформировал о сложившейся на планете ситуации. Но объяснять нет времени. — Он снял с магнитной кобуры лучемёт, чем не на шутку встревожил всех пацифично настроенных присутствующих, что-то проверил в нём и убрал обратно. — Илван ждёт в своём кабинете. Он посветит вас в курс дела. Ко мне можете обращаться — командор Вачовски. Идёмте.