Дверь за ним закрылась.
Не говоря ни слова, Филиппа и Хьюго повернулись друг к другу. Филиппа положила голову ему на грудь.
— О, Хьюго!
— Прости, — сказал он. — Прости. Прости!
В рассветной тишине они услышали, как заурчал мотор машины Тоби, и она тронулась с места.
Они долго стояли не двигаясь.
Наконец Филиппа взяла его за руку.
— Пойдем. — Она повела его через комнату и открыла дверь в спальню. — Раздевайся и ложись в постель. Я приберу на кухне и приготовлю по чашке чая.
Она вернулась через несколько минут. Налила чай и забралась к нему на постель. Он вздохнул и устроился поудобнее, откинувшись на подушки. Его бледное изможденное лицо начало понемногу оживать.
— Нам надо поговорить, — сказала Филиппа. — И не об этой идиотской ситуации, в которой ты оказался по своей вине. Посмотрим, что удастся сделать Тоби. Надо немного подождать. Я хотела бы поговорить о нас.
— Я бы не стал тебя обвинять, если бы ты перестала упоминать слово «нас».
Она спокойно посмотрела на него.
— Ты этого хочешь?
— Разумеется, нет.
— В таком случае, все в порядке. Сейчас мы должны придумать быстрейший и простейший способ заставить их позволить нам пожениться. Как я уже говорила сегодня — вчера утром — Боже, неужели это было вчера? Кажется, прошел целый месяц. Так вот, тебе нужен кто-то, чтобы присматривать за тобой.
Повернув голову на подушке, он посмотрел на нее.
— Ничего на свете я не хотел бы больше, чем этого.
— Отлично. Наша главная проблема — получить согласие Эдди. Ты — взрослый человек, никто не может запретить тебе поступить так, как ты сочтешь нужным.
— Но они могут создать нам трудности?
— Тебя это так волнует?
— Нет.
Она улыбнулась. Впервые за последние двадцать четыре часа ее улыбка была непринужденной.
— Меня тоже. Итак — мы должны убедить Эдди.
— Как это сделать?
— Я забеременею.
Наступила долгая, смущенная тишина.
— Я сказала, что забеременею, — повторила она чуть громче, не глядя на него.
— Я слышал.
Она украдкой взглянула на него.
— И что?..
Он смотрел на нее, полуприкрыв глаза, в которых неожиданно засверкали искорки смеха.
— Надеюсь, не в данную минуту?
— Нет. — Она уютно устроилась радом с ним. — Можно попозже. Завтра. Послезавтра. Я не тороплюсь.
Он нежно взял ее за подбородок и повернул к себе ее лицо.
— Флип, ты понимаешь, что говоришь?
— Да.
— А как же твоя работа?
— Я могу с таким же успехом учить детей на Мадейре. Просто надо выучить португальский.
Хьюго медленно заморгал.
— Мадейра, — произнес он.
— Вот-вот. Именно там мы и будем жить.
— Ты уже все продумала.
— Да.
На мгновение он закрыл глаза, и она почувствовала, как расслабилось его тело под одеялом.
— Как замечательно это было бы.
— Я не шучу. Я говорю вполне серьезно. Нет причины, которая помешала бы нам. Твоя мама поможет.
— Флип, ты забываешь…
— Я ничего не забываю. Я строю планы. Что бы ни случилось — даже самое худшее — рано или поздно мы все равно поженимся. Хьюго, я подожду. Если придется, всю жизнь. Хотя не хотелось бы, — добавила она. — А между тем, нет ничего плохого в том, чтобы строить планы. Хьюго, ты только подумай — мы можем жить в том маленьком доме… Он ждет нас. Он словно предназначен для нас. Все, что нам придется сделать, так это пройти через ужасный… — Она замолчала, услышав его замедленное, ровное дыхание. — Хьюго?
Молчание. Она слегка повернула голову. Он крепко спал.
В ней заговорил страх.
— Хьюго? Хьюго?!
Он открыл глаза.
— Что?
Она с трудом перевела дыхание.
— Ничего. Извини. Спи.
Он вздохнул, придвинулся к ней поближе и закрыл глаза.
Спустя несколько минут, положив голову ему на плечо заснула и Филиппа.
Она вернулась в общежитие ранним вечером. Джессика, темноволосая девушка из соседней комнаты, выбежала на площадку и удивленно воскликнула при ее приближении.
— Флип! Где ты была? — Ее глаза горели дружеским любопытством. — Мы с Бидди уже сломали головы, чтобы придумать что-нибудь в твое оправдание — не знаю, поверил ли нам кто-либо. Что случилось?
Филиппа взяла у нее ключ, подбросила его в воздухе, потом поймала.
— Я была у Хьюго, — беспечно сказала она.
— Что? — Девушка была приятно поражена. — Филиппа, не может быть!
— Очень даже может. — Филиппа открыла дверь и счастливо улыбнулась в лицо девушки, на котором кроме потрясения было написано еще и неверие. — Времена меняются, Джесси, разве ты не знала?