Фиона была искренне удивлена, когда увидела ее после долгого перерыва.
— Боже мой, девушка, что ты с собой делаешь? Ты стала похожа на привидение!
Рейчел пожала плечами.
— Я немного сбавила в весе, только и всего.
Она принялась было за свой ленч, но тут же отодвинула тарелку и потянулась к вину.
— Ты можешь позволить себе это только с ущербом для здоровья. К тому же такая потеря веса сказывается на твоей внешности. — Фиона проницательно взглянула на нее.
Они встретились в первый раз с того, несчастливого для Рейчел, дня, дня свадьбы Тоби, и Фиона с большой степенью уверенности подозревала, что Рейчел сознательно ведет себя так. Ей хотелось спросить, слышала ли Рейчел о беременности Дафни, но она не стала этого делать. Протянув руку, Фиона накрыла ладонью исхудавшие пальцы Рейчел.
— Ты выглядишь так, словно не выспалась и ужасно нуждаешься в том, чтобы как следует поесть. Рейчел, родная моя, приезжай в Брекон на пасху. Будет очень спокойно и тихо — только самые близкие друзья. Обычный загородный уик-энд.
Рейчел, опустив глаза, ковыряла вилкой то, что лежало перед ней на тарелке.
— Джеймс спрашивает о тебе чуть ни каждый день. Мы так привязаны к тебе…
Рейчел оставила попытки изобразить, что она занята едой, отложила вилку и со вздохом приложила ладонь ко лбу.
— Я не могу понять, почему.
Фиона засмеялась:
— В таких случаях не существует никаких «почему», глупенькая.
Рейчел кивнула, соглашаясь с этим утверждением. Она чувствовала, что ее глаза наполняются слезами, и с удивлением отметила, что стесняется их. Чтобы спрятать слезы, Рейчел наклонила голову и опустила веки. Совершенно неожиданно она поняла, что более всего ей хочется ощутить мир и покой Брекона. Прогуляться среди полей и лесов, поплавать в озере…
И встретиться с Гидеоном Бестом, посмотреть ему в лицо? Боже, только не это!
— Я не могу, — сказала она. — Не выношу пасхальных праздников. Я… — она запнулась, поймав себя на лжи и отчаянно подыскивая отговорку. — Я… — она опять остановилась, подняла глаза на Фиону и покраснела. — Ох, Фи, не могу найти причину, почему я не хочу ехать.
— Тогда поедем.
— Я так плохо вела себя все последнее время, будучи в Лондоне. — В этот момент она поймала себя на мысли, что ей надо молиться, чтобы никто не узнал, насколько плохо.
— Тогда поедем к нам, там ты будешь вести себя хорошо, — решительно сказала Фиона. — Ты не должна отказываться, и я не приму «нет» в качестве ответа. Ты слишком уж долго прожигаешь жизнь на всю катушку. Раз ты не в состоянии следить за собой, то позволь мне делать это. Если не хочешь, конечно, чтобы я пошла к твоему отцу и рассказала о твоих похождениях.
Рейчел смотрела на нее в замешательстве.
— Фи! Это же шантаж!
— Самого худшего пошиба, — весело согласилась Фиона, — Так что? Решено?
Рейчел немного помедлила, затем улыбнулась ей в ответ:
— Да. Но ты хулиганка.
— Отказа в последнюю минуту не будет?
Рейчел помедлила минутку, затем громко расхохоталась, заметив, что на лице Фионы появилось агрессивное выражение.
— Никаких отказов. Обещаю.
— Хорошо. Джеймс и мальчики будут очень рады. А теперь расскажи мне, что же ты за это время натворила. — Фиона улыбнулась в ответ на смешок Рейчел. — Самую малость, о которой можно рассказать. Давай, начинай.
Пасхальные дни выдались ветреные, солнечные и сухие. Газоны вокруг Брекон Холла заполнила весенняя поросль нового года, на клумбах только что распустились цветы, и в их окружении дом выглядел свежо и ярко. В числе гостей Фионы была молодая чета Стюартов, Марта и Генри. Рейчел была с ними уже знакома, и в их обществе чувствовала себя прекрасно. Она приклеилась к ним как банный лист. Когда они отправлялись гулять, она была рядом с ними: если они сидели дома, она тоже оставалась. Это было, как она думала, безопасно во многих отношениях.
В подтверждение своих обещаний Фиона организовала самый приятный и расслабляющий отдых. Ее гости могли приходить и уходить, когда им заблагорассудится; каждый вечер обед подавался при свечах в маленькой, располагающей к интимной обстановке столовой.
Рейчел не обнаруживала и следов Гидеона Беста.
Огромная деревянная составная картинка-загадка была разложена в библиотеке, она была наполовину собрана и ожидала очередного желающего повозиться с ней. Днем в субботу, когда ветер чуть успокоился, ради развлечения устроили теннисный турнир. По вечерам было еще слишком холодно, так что приходилось растапливать большой камин в гостиной. После обеда гости уделяли его теплу и мягкому свету должное внимание, потягивая при этом нетерпкое и приятное на вкус вино «Бьюал» с Мадейры. Темой для разговоров служило все, что угодно: от лондонского театра до информации о последнем скачке биржевых курсов в промышленном отделе «Нью-Йорк Таймс», или больших дирижаблей, которые немцы разрабатывали для кругосветных путешествий.