Когда я вылетел из дому с кочергой в руке, Дилан предупредительно включил тормоза и остановился на безопасном расстоянии, а Рой решил, что городской тип не посмеет его тронуть. Он был прав, не спорю. Наполовину прав: я не решился проломить ему голову. Так что, когда Делберт нырнул мне за спину, я перебросил кочергу в левую руку и приветствовал Роя всего лишь кулаком.
Он даже не упал. Пошатнулся, сбился с шага и отступил, но удержался на ногах. Ярость во взгляде приблизилась к отметке «бешенство». Или я докажу, что сильнее,
как, интересно, это сделать?
или сейчас мой авторитет, свеженький, как лист бумаги с одной-единственной строчкой, превратится в ошметки.
— Назад! — кочерга просвистела перед носом Клеймена, и он инстинктивно отдернулся. — Какого хрена ты сюда явился?!
— Уйди! — огрызнулся он. — Уйди, пока живой! Вот черт, как я сам не додумался до этой реплики?
Пришлось еще раз махнуть кочергой.
— Опомнись, дешевка! Я констебль!
— Ты чужак!
Он не сомневался, что кочерга — пустая угроза. А костяшки пальцев у меня ныли от удара, если попробую врезать еще раз, сам заскулю. Сделать умное лицо и отступить? Треснуть его кочергой по руке? Я пытался принять самое быстрое решение в жизни, когда мимо меня пронесся живой снаряд. И я чуть не сел на землю, осознав, что это Джейк. Мой отрешенный от мира друг катапультировался с Сермахлона и налетел на Роя, не думая, насколько парень силен и как отреагирует
Стэн Клеймен на нападение на его сына. Рой не успел отступить; Джейк ударил его по переносице и, подставив подножку, с силой толкнул в грудь.
— Уолт сказал тебе, что он констебль! — проорал он. — Это значит, вы все должны ему подчиняться, понял? А во-вторых, мы не чужаки!
Рой не ответил. Он прижимал руки к лицу, но кровь из носу просачивалась между пальцами, разрисовывала тыльную сторону ладоней кривыми полосками. Дилан, не дожидаясь, пока очередь дойдет до него, побежал к полю камней. А мистер Пиле, которому выпало наблюдать за мной в тот день и который следил за стычкой от угла нашего дома, громко объявил:
— Ларри кому попало чин констебля не доверил бы. Слышишь, Рой? Если Ларри решил, что Уолт такого звания достоин, твое дело подчиняться, а не на рожон лезть.
— Он выродка защищает, — огрызнулся сквозь хлюпающую в носу кровь Рой.
Тогда я впервые поступил как последний подонок. Размахнулся и, как молотом, ударил кулаком по его прижатым к лицу рукам. Парень заорал, кровь полилась уже ручьем. Отступив, он присел, сгорбившись, уперся в землю измазанной кровью рукой. Кажется, жмурился от боли, я точно не мог разглядеть. И не хотел.
— Еще раз назовешь Делберта выродком или поднимешь на него руку, сверну тебе шею ко всем чертям, — отчеканил я. — Катись отсюда!
Он не возражал. За Диланом след простыл, а Делберт выдохнул:
— Спасибо, мистер Хиллбери, — и тоже побежал к центру деревни. Хвастаться победой? Перед кем, перед миссис Гарделл? Но я быстро вспомнил об Айрис. Делберт небось жалел, что ее здесь не было. Столько лет его унижали на глазах у этой красавицы, что справедливо было бы ей увидеть, как унижены его враги.
— Если тебя кто-то тронет, я рядом, — сказал Джейк. Здорово! Только глаза у него слишком ярко блестели — как в ту минуту, когда он в облике мутанта приплясывал над свежим трупом. И я поспешил отвернуться, буркнув «хорошо» так тихо, что он вряд ли расслышал.
Джейк вернулся к рукописи, мистер Пиле присел на ступеньки, а через двадцать минут Стэн Клеймен явился выяснять отношения. Надо было ему быстрее шевелиться: к тому времени Делберт уже привел к нашему дому О'Доннела. Видел он Айрис или нет, но на хвастовство тратить время не стал и позаботился обо мне не хуже, чем я о нем: при Ларри Стэн не слишком шумел. А Ларри держал мою сторону, как хороший адвокат. Беседовали мы долго (как раз тогда Стэн детально описал мне требования, выдвигаемые общиной к констеблю, и предупредил насчет предательства), но в результате Клеймен признал, что Рой был не прав и получил по заслугам. Наверное, это случилось впервые. С того дня Рой ни разу не попробовал показать мне рога.