— Капитан Ярыгин, с вами говорят главнокомандующий вооруженными силами СССР и командующий Черноморским флотом СССР.
— Я дам вам стратегию поведения, а тактические вопросы будете обсуждать с Хронопуло, я всё равно не флотский, в этом понимаю мало. Итак. Ваша задача: пройти турецкие, пока турецкие, проливы, соединиться с основными силами Черноморского флота. Для этого допустимо применять таран, навал, все виды вооружения, включая ядерное.
— Мы не шутим. Скорее всего, с вероятностью 99 %, турки будут возражать. Но если вы будете действовать решительно и нагло, будете переть буром и расталкивать их локтями — они уступят и пропустят.
— А вы не переживайте о международном конфликте. Это дело политиков. У нас и так имеется в наличии такой международный конфликт, что международнее и конфликтнее некуда: СССР развалили, почти уничтожили, мы пытаемся спасти остатки. Скажу сразу: ваш возврат на Север будет расценен нами и будет фактически — предательством Родины и народа. В Россию вам дороги нет. Это теперь страна победившего капитализма, но это ещё бы ладно. Это теперь колония США, хоть и замаскированная. Со всеми вытекающими последствиями. Будет значительно лучше, если вы попытаетесь прорваться домой, в Чёрное море и погибнете в бою при этом, чем вернётесь на Север и подарите боевой корабль врагам.
— Мне надоело вас уговаривать и торговаться. Моё последнее слово: если вы проходите проливы и соединяетесь — вас ждут награды, ваши семьи мы перевозим в Крым, даём квартиры; если погибнете — ваши семьи не будут ни в чём нуждаться, клянусь; если отступаете — вы и все члены ваших семей будете постепенно уничтожены физически.
— Да-да, даже ни в чём не повинные дети. Я не могу позволить себе роскошь быть добрым и слабым. Всё, оставляю вас на Михаила Николаевича, говорите дальше, сколько влезет, хоть о цветочках.
— Месут Йылмаз? Хорошего вам дня, уважаемый. Мы вас беспокоим по маленькому вопросу. Дарданеллы и Босфор будут проходить наши кораблики. Вы их пропустите без помех. Много оружия на них? Так они же — военные. Сделайте милость, не заставляйте их применять это оружие. Наш флот, говорите, близко к Стамбулу подошёл? Это они своих товарищей встречают. Не омрачайте им радость встречи. Да, конечно у них есть ядерное оружие. Сейчас такие неспокойные времена, без большой дубины из дома выходить опасно. Конечно применим. Сколько можно бесполезно владеть этой дубиной и не пользоваться? Мне бы очень не хотелось делать из Стамбула Хиросиму, очень, уважаемый Месут. «Пропустите корабли».
Месут Йылмаз стал премьер-министром Турции еле-еле месяц назад, 23 июня. Чтобы остаться у власти Партии Отечества пришлось бросить стервятникам кость: сменить Йылдырыма Акбулута на Месута Йылмаза. Но позиции партии были слабы, как никогда. Любая оплошность могла привести не только к отставке премьер-министра, но и к поражению партии, власть которой держалась на минимальном большинстве в Великом Национальном Собрании Турции. Партия Верного Пути и Сулейман Демирель буквально наступали на пятки.
«А тут ещё эти неверные, исчадия ада, гяуры! О, Аллах! За что ты караешь своего верного слугу?! Что мне делать? Американцы грозят арестовать счета, дать денег этим выкидышам шакала, сторонникам Демиреля. А гяуры грозят испепелить половину Турции адским огнем. Ну что мне делать, о, Великий?!»
Никто не торопился помочь советом несчастному Месуту Йылмазу. Он выбрал меньшее из зол: гнев американцев, а не сумасшедших гяуров.
«Американцы часто только пугают, а вот русские вполне могут совершить немыслимое. Они сейчас проиграли войну, потеряли страну, везде беспорядки. Если что случится — даже крайних не найдёшь. Чьи это корабли? России и Северного флота или СССР и Черноморского флота? И поддержит ли Россия СССР, если мы потопим эти корабли? С кем придётся воевать многострадальной Турции? Ну, их к иприту, этих гяуров».
— Саша, ну что?
— Не знаю, Александр Николаевич. И словом и делом. Что сказал — ты слышал. Под конец слегка колданул. Но сил мало. Уже хрен знает сколько, впрочем, как и ты, не высыпаюсь, последнее время частенько приходилось применять волошбу. Вроде и по мелочи, но силы тянет. Ты учти что я не полноценный волхв, даже не ученик. Недоразумение с подарком волхва. Вот, например: сказал мне недавно Светозар, что если исследую способность видеть яды, обрету силу и могущество. Есть у меня такой его подарок. Этот подарок работает сам. Автоматически. Каждый раз, когда ем или пью — наблюдаю эту работу. Во-первых, всё протекает очень быстро. Во-вторых, непонятно. Это если бы тебя заставили читать газету на китайском. Ты стоишь на перроне вокзала, а газету прижал к стеклу пассажир поезда. А поезд едет на этой станции быстро и без остановок. Теоретически — возможность есть.