— А почему вы не воспользовались фактом «увода» у России нескольких областей РСФСР и не вбили туда клин? Стравить их, вплоть до войны. А?
— Две причины. Во-первых, отделение от России этих областей создает благоприятный прецедент. Нам саму Россию ещё дробить на куски предстоит. Мы посоветовали Ельцину в этом вопросе пойти «ракетчикам» навстречу. Во-вторых, конфликт между двумя ядерными державами не кажется приемлемым вариантом. Даже если они будут взрывать ядерные бомбы только на своей территории — плохо будет всему миру. Ядерная зима границ не учтёт. Возвращаясь к Прибалтике. С 13-го сентября по 9-е октября там длилась вакханалия убийств. Убили всех наших дипломатов, военных советников, агентов, других националистов, прочих… Прижать армян никому не удавалось. Пока мы заседали в Совбезе, поднимали вопрос в ООН, раскачивались — ушло время. 10-го сентября СССР ввёл туда свои войска. Без всяких согласований. Все наши СМИ кричат о захвате, вторжении. Будем принимать решения по санкциям против «ракетчиков». Но… С фактической стороны наши дела пахнут тухлятиной: боевые действия и массовые беспорядки пресечены, население встречает армию СССР цветами. В течение двух дней подготовлен и на третий — проведён, референдум. Вдумайтесь! За два дня!
— Это нереально!
— Они готовились заранее!
— А как с подтасовками?
— Нужно заявить о нелигитимности!
— Не признавать результаты!
— Это неважно. Скорее всего, были и подтасовки. Скорее всего — и на этапе подсчёта голосов. По нашим обрывочным данным процентов 20–30 избирателей не проголосовало. Мы и так кричим во всём мире о непризнании результатов. Толка нет. СССР никого не слушает. Все три государства Прибалтики стали частью нового СССР. Оторвать их можно только силой.
— Пара провокаций с их «миротворцами» может помочь делу.
— Не выйдет. Во-первых, армия СССР зашла небольшим количеством, демонстративно, в голубых касках, «навести мир», «спасти мирное население от злых армян». Конечно, армяне отступили согласно ранее утверждённому плану. Но доказать это нельзя. Я к чему веду: армия СССР ни с кем не воевала, на неё никто не обозлился. И, во-вторых, что значительно важнее, у нас нет оперативных возможностей. Я уже говорил, но вы, видимо, недопоняли. Нет людей: всех убили армяне. Некого переодевать в русскую форму для провокаций.
— Давайте применим силу. Проверим на прочность нового противника. Формально, они ведь работают под миротворцев. Мы пошлём туда своих миротворцев. Без всякой канители в Совбезе. И резня продолжится. Только теперь будут стрелять в солдат СССР. Флот поддержит. Устроим что-то среднее между Афганистаном и Бейрутом. Флота-то у них на Балтике нет?
— Да. Нет. Балтийский флот присягнул России.
— Только запечатали эту бутылку, а русские её опять распечатали. Давайте попробуем снова запечатать. По горячим следам. Сколько ещё ждать придётся в ином случае?!
— Ставлю на голосование вопрос проведения войсковой операции в Прибалтике.
— Принято большинством. Что у нас ещё плохого?
— С турецким инцидентом пока ничего не ясно. Месут Йылмаз не даёт нормального ответа. «Испугался», — мол. Все оперативные действия, какие возможно, были проведены. Неизвестной величиной остаётся только телефонный разговор лично Месута Йылмаза и Корибута.
— Чёрт с ними. Ну, прошли эти три крейсера в Чёрное море. Вместо свободы манёвра у несвободной, зависимой от нас России, эти корабли будут у неподконтрольного СССР, но в «тюрьме» черноморской лужи. Что сову — об пень, что пнём — по сове. Единственное, что меня во всём этом деле беспокоит, это беспрецедентная дерзость исполнения. Такое ощущение было, что их Черноморский флот был реально готов применить оружие.
— Давайте теперь продумаем дальнейшую стратегию. Мусульманский вариант, как я понял, ещё не готов. И ранее чем через два-три года готов к применению не будет. А добивать этот упрямый осколок СССР нужно сейчас. Ответ в Прибалтике очевиден. У нас есть численное преимущество перед ними. Предлагаю создать напряжение на всех границах, кроме российской. Пусть поляки бузить начинают, выскажут какие-нибудь претензии по границе, Венгрия. С Румынией, и Молдавией пока, к сожалению, туманная ситуация. Случился инцидент…
— Что там за ерунда?