— Но ведь ни мы, ни польское войско тоже не имеют такого опыта?
— Это неважно. Суть нашей операции будет не в продвижении линии фронта до Минска и Киева.
— Данные разведки дают основания полагать начало атаки со дня на день. Польша облетала личный состав на американских самолётах, обкатала танкистов на Натовской технике, мобилизовала дополнительно четыре дивизии. Во всех польских СМИ идёт сильная накачка русофобской истерии. Произведена передислокация ряда частей в сторону нашей границы. Очень похоже на 41-й год.
— Благодарю полковник. Что скажете, мужики?
— Эт самое, на что они рассчитывают?
— Камикадзе, млин.
— Серега, без эмоций. По делу, товарищи генералы.
— Я считаю, что нужно и нам мобилизовать дополнительные силы, привести войска в повышенную боевую готовность…
— Нет, Толя. Так не годится. Это всё стандартные решения, которые враги просчитали. Они что-то хотят сделать. Это не просто самоубийственный бросок поляков. И повторять ошибку Сталина июня 41-го не хочется.
— Ты имеешь в виду: «не поддаваться на провокации», Саша?
— Да. С точки зрения ощущения справедливости, удобнее дать им разбомбить наши города, военные объекты, а потом победить. Будем выглядеть белыми и пушистыми. Но потеряем кучу ресурсов и людей.
— Нормально. Нет, всё понятно, но мне уже не очень хочется быть белым и пушистым. Хочется, но не очень.
— Га-га-га!
— Я рад, что вы разделяете мой подход. Тогда сделаем так…
— Господа, русские выставили Польше ультиматум. Весьма жёсткий. Требуют отвести войска от границы, передать им на хранение танки и самолёты.
— Это же смешно! Где это видано: «на хранение»! Мечтатели.
— Срок для ответа: сутки.
— Нифигассе!
— Оборзели!
— Да пошли они!
— А давайте их бомбить?
— Вот дерьмо!
— В этом ультиматуме плох именно срок. Мы готовили операцию вторжения через восемь дней. Наш флот ещё на подходе, не все силы развёрнуты, не прибыл наш особый батальон. А без него весь смысл операции теряется.
— Флот может постичь скагерракская участь. Не боитесь?
— Мы запланировали волновой характер действий: когда флот будет входить в Балтику — русским будет не до нас. А теперь не успеваем.
— А без нашего флота поляки не справятся? И как вы планировали им помочь флотом? Вы же не хотите втравить нас в войну?
— Флот должен был оказать помощь освобожденным народам Прибалтики. И на десантном корабле как раз и плывет особый десантный батальон.
— Делаем так: посылаем к русским делегацию на переговоры. Срочно. Задача: потянуть время. Сколько выйдет. Идеально: восемь дней. Но на это не делаем полную ставку. Особый батальон перебрасывайте по воздуху в зону предварительной дислокации на границе. Не время экономить бензин.
— Ну и что ты про это думаешь?
— Фиг его знает. Дело ясное, что дело темное. Такого наговорили эти амеры — голова пухнет. Уже жалею, что согласились с ними встречаться. Надо было тебя слушать — сбивать на границе и делу конец.
— Не, Серега, это ты лишку даёшь. Я думаю, мы просто имеем недостаточный опыт в дипломатии. Мои спектаклеподобные поездки — не в счёт. Нужно возрождать дипломатический корпус.
— Нормально! Сначала мы рвём со всеми дипломатические отношения, ликвидируем почти все посольства, а теперь будем восстанавливать? Да знаешь, сколько на это времени уйдет, если делать по-нормальному?
— Мужики, не дергайтесь. Ситуация проще. Вас сейчас «колбасит», потому что вы не в своей тарелке. Вы думаете, я вас от нехрен делать на эту встречу позвал? Ничего подобного. Я хотел вам показать их методы. Это как бандитская разводка: запутать «базаром», «поставить на понятия». Они — бандиты в галстуках.
— Так это ты из-за них галстуки запретил? Чтоб мы на них не были похожи?
— Нет Кира, не потому. Это символы. Масонский символ. Изначально это была веревка с узлом на шее. Нельзя пускать в свою жизнь чужие символы.
— Эт самое, не отвлекайтесь. Александр, будь любезен, продолжи про их методы.
— Задача этой делегации, по моему мнению, — тянуть время. Когда «шелуха» слов оседает — не остаётся ничего. Они запускают в наших головах программу поиска смыслов. Вроде что-то говорили, говорили… Мы видим перед собой людей: уши, руки-ноги, глаза есть… Но это муляж, обманка. Это люди-роли. Их роль — сыграть людей, которые нам что-то хотят сказать, политиков, которые хотят что-то предложить. У вас должно было сложиться такое впечатление. А то, что не удалось ни к чему прийти за целый день — это, вы так должны были подумать, ваша глупость, сложность обстоятельств, клубок противоречивых интересов наших стран и народов.