— Ничем я ещё не торговал! Ничего не проводил!
— Это вопрос времени.
— Ладно, закончим эту комедию. О чем мы реально можем сейчас договориться?
— Выходим на предвыборные позиции. Мы кончаем на вас давить. А вы больше не трогаете наших консулов и забираете назад ультиматум. И сильно советую посмотреть наши предложения о сотрудничестве.
— А почему Борька часто вас слушал, вопреки воле американцев? Чем вы его купили?
— Заколдовал.
— Да ну? А меня, почему не заколдовали? Дёшево и сердито. Денежки бы сэкономили и людские головы. А?
— Команда, мои генералы, должны видеть другие методы воздействия. Особенно Вишневецкие. Даю им наглядный урок по чёрному пиару.
— На кошках тренируетесь, значит?
— Можно сказать и так. Есть и ещё одна причина, но вы в неё не поверите.
— А ну.
— Я вас уважаю, как военного человека. Не как политика.
— Хорошо, с той всей ерундой, я готов выйти на старый уровень, но меня не устраивает деятельность ваших консульств. Убивают людей, вербуют специалистов…
— Лихо вы темы беседы меняете. Кто так научил? Убивают врагов, предателей и коррупционеров. А специалисты у вас сидят без фондов и зарплаты. А исследования на голом энтузиазме может проводить только математик.
— А мне докладывали…
— Вам врали. Зайдите к Касьяну, генералу, кстати, попросите посмотреть документы. Возьмите наугад любой город, любую дату, я дам команду — Кирилл вас пустит в архив. Берёте любую папку и читаете. Или на компьютере смотрите. Если найдёте невинно убиенного агнца или сманенного главного конструктора, который у вас работал на «горячем» направлении — остановлю эти проекты, закрою 95 % консульств. Идёт?
— Идёт. Мне и в архив ходить не нужно. Вы сманили к себе Лозино-Лозинского. Гениального конструктора космических аппаратов.
— Бред! И в старом СССР, и в новой России ему не давали возможность реализовать задумки. Свою «Спираль» он втихаря разрабатывал, фактически, занимаясь служебным подлогом. А МАКС, вообще у нас был разработан. А «Буран» мы у России официально купили. За нормальные деньги. Если очень хочется — могу продать назад. Много лишних денег?
— Вы мне зубы не заговаривайте! Я вам доказал…
— Ничего вы не доказали! Пойдите в архив к Касьяну и прочтите дело Лозино-Лозинского. Снимите копию, а потом проверьте у себя. Вместе с ним ещё половина КБ переехала. Мы что им: нож к горлу приставляли?
— Давай провожатого. Пойду в архив.
— Вот это — другое дело. Учтите, Александр Иванович, управление складывается из таких мелочей. Следите внимательно за цифрами, которыми вас будет ваша свита потчевать. Иначе у вас будут бюджет «дерибанить» не один к десяти, а один к двадцати.
— Как?!
— А что, вы не знали? При Борьке цифры бегали в этом диапазоне.
— А почему вы не помогли? Не разоблачили?
— Трудно и бессмысленно. Даже если бы мы добились сокращения воровства вдвое или втрое — деньги пользы народу бы не принесли.
— Почему это?
— В России доминирует вражеская идеология. Даже дойдя до самого рядового работяги, эти деньги превратились бы в лишнюю бутылку водки, поездку в Турцию или Таиланд, к проституткам. За что тут бороться?
— Не все же!
— Не все, но…
— Ладно, буду разбираться.
Разобрался. Четыре года Лебедь разбирался в стране, капитализме, экономике, идеологии. Не победил. Умер от сердечного приступа. Знаем мы, эти приступы… Не справился генерал. Не развязал войны с нами. И даже коррупцию уменьшил. Но вывоз ресурсов не остановил, промышленность не возродил. Даже военную. Старательно слушал Яблядского, МВФ, послов всяких английских. Не взял мою службу безопасности, но это ладно. Не внял, когда его предупредили, рискуя расшифровать свой источник, агента, о покушении. Поехал на рыбалку с неправильной компанией. Не, послы не могут людей травить, не-не!
Глава 8
Юрий Григорьевич Журавлёв шёл домой. Он специально встал на одну остановку раньше, чтобы подумать о жизни своей тяжкой. С другой стороны, чем позже прийти домой, тем меньше смотреть в глаза жене и дочери. Сегодня ругался с зампотехом: тот не хотел выделять новый генератор. Почему не хотел? Не выдал тайну великую сию! Придётся чинить старый. И так: почти каждый божий день на протяжении…, да что там «на протяжении»! Как Союз распался, так всё и пошло наперекосяк. Перебои с запчастями, задержка зарплаты, отключение света. Жена ушла с завода в частную кондитерскую. Это была удача. Так казалось сначала. Зарплата — регулярно, мелкие радости, в виде продуктов, пирожные дочке. Только, вот, два момента выплыли позже. Во-первых, Журавлёва начали давить комплексы. Он, взрослый, состоявшийся, ну, почти состоявшийся мужик, фактически, находится на содержании жены. Света его даже не пилила. Сперва. Всё равно было обидно.