— Я думал, опять Горелка новую фишку придумал. Помните, как неделю назад одел на диверсов «броники»? А они потом через две минуты встали и нам в спины зашли?
— Люди, а знаете, какие слухи ходят? Мне Марина из штаба рассказала. Кажись, к нам едет ревизор.
— Ты о чём?
— Это Гоголь написал?
— Нет, Достоевский.
— Сам ты — Достоевский, Доставальский.
— Короче, братва, кажись, армяне к нам едут. Те самые. Типа, проверять нашу подготовку.
— Тогда — держись.
— О, братва, автобус едет!
— А зачем так много антенн? Да ещё и все поворотные…
— Как же, как же, четыре в передней полусфере, четыре — в задней. Полный охват небесной сферы, даже с небольшими перекрытиями. Нет мёртвых зон.
— Но на «Глазах»-то у нас стоит по четыре!
— У «Глаз», извините, нет алюминиевого корпуса, дающего тени, переотражения. Там стандартный тетраэдр с линзами.
— О! Хорошо, что напомнили. Я не понял: почему вы эти пластмасски называете линзами?
— Пф-пф-пфф. Извините, товарищ Диктатор. Дело в том, что стеклотекстолитовые линзы обеспечивают фокусировку луча мазера. Без этих линз больше девяноста градусов мы бы не захватили. Вышло бы не четыре, а шесть принимающих головок на модуль, и были бы небольшие мёртвые зоны. Экономия, вес…
— А зачем вы изуродовали ракету этими вставками? Прочность конструкции понизили.
— Пф-пф-пфф! Потому же. Линзы — из стеклотекстолита. Обтекатели — тоже. Он прозрачен в радиодиапазоне. Стая связывается мазерами. Чтоб луч мазера прошёл корпус ракеты, этот корпус должен быть выполнен из радиопрозрачного материала. Если бы можно было всю ракету сделать из такого материала, то и в ракетах нам бы хватало четырёх линзованных головок. Вы не переживайте, товарищ Диктатор. По сравнению со стандартной схемой радиосвязи, наша даёт прирост веса изделия всего на одиннадцать килограммов.
— А как обстоят дела с помехоустойчивостью?
— Стыдно… Извините, товарищ Диктатор. Я хотел сказать: великолепно. Дела с помехозащищённостью обстоят великолепно. Мазер, он, видите ли, имеет узконаправленный луч. Противник, во-первых, наши лучи не может перехватить. Во-вторых, если он будет слать сигналы на нашей волне, то сигнал шифрованный, нужно ещё шифр взламывать. Но даже в этом случае мы предусмотрели подстраховку: систему динамического отслеживания поля боя. Ракеты стаи следят за положением и скоростями друг друга, то есть, сигнал с корабля или самолёта противника будет игнорироваться, даже если он на нашей волне и правильный.
— А ретрансляторы? «Глаза»?
— Их тоже узнают по координатам. Координаты всех «Глаз» знают все «Коровки». «Глаза» ведь общие…
— У меня впечатление, что вы сейчас лопните от гордости. Впрочем, если дела обстоят так, как вы говорите, то ракеты будут замечательные. Ох уж, мне эти ваши, «Коровки». Почему не назвали «Вихрь», «Стилет», «Шершень», в конце концов? Это же — грозное оружие!
— Ну, во-первых, я — конструктор; как хочу, так и называю. Вы сами дали мне творческую свободу. Во-вторых, божьи коровки — тоже хищники. Они тлю едят. Их с самолётов разбрасывают. Я в детстве их в клумбах ловил. В детском садике. Красивые такие… Да, вот. У этих и других жуков есть жёсткие надкрылья, аналог наших полукрыльев. Жуки летают медленнее шершней. Наши ракеты тоже не самые быстрые, отстают от аналогов. От наших «Гранитов», например. Кстати, я до лагеря работал над ними, часть наработок приспособил к «Божьей коровке». Ладно, продолжу. Лобовая полусфера, из которой вылетают УРы, копирует конструкцию жвал божьих коровок. Очень непросто было, между прочим, обеспечить безотказную работу крышек на четырёх махах. И чтоб это всё хозяйство поместилось, чтоб не слишком много весило. И глаза у божьих коровок фасетчатые, а у…
— Хватит! Ладно! Я уже давно смирился. «Коровки», так «Коровки».
— Вот и замечательно! А я уже дал команду малую серию покрасить соответственно. Идёмте, покажу.
— Это что?! Зачем так покрасил?
Тютя стоял, то теребил свою жиденькую бородёнку, то поглаживал лысину. Было видно, что ему неудобно. Но не было понятно почему: то ли потому что так странно разукрасил ракеты, то ли, что, скорее всего, потому что так рано это обнаружило начальство.
— Ну… Как настоящих божьих коровок. Ведь, красиво же!
— Я знаю, что летательные аппараты военного назначения положено красить в защитные цвета, чтоб не были сильно заметны. В голубой, белый, стальной, рябыми пятнами, наконец. А это что!?