— Вторая причина — Тоня?
— Да. И теперь — сын. С ними моя душа поёт. Ребята не так тоскуют за землёй — они тут всю жизнь прожили. А я глотнул слегка свежего воздуха — и опять в газовую камеру. Есть ещё и третья причина. Но она не личная.
— Излагай.
— Инструктора в Ливерпуле-2 — молодцы, но не жили за границей. А «артисты» — не агенты и не заинтересованы, хотя и стимулированы. В этом смысле, я у вас — уникальный специалист. Как-то, на чём-то те две группы, что провалились после посольской резни и погибли, «засыпались». Был бы смысл использовать меня лучше. Ты не думай, что я струсил. Это скорее пожелание, чем просьба. Но скажу тебе так: не один раз в эту смену ребята допускали ляпы, приходилось выкручиваться.
— Твоих заслуг никто не пытается уменьшить. Я не возражаю. Не как брат, а как Диктатор. Ты правильно рассудил. По большому счёту, первые две причины мог и не называть. Но я ценю твою откровенность. Мне самому следовало до этого додуматься. Если честно, то кроме тебя, братец, столько дел, что как меня зовут, иногда забываю. Хэ. Но эта смена не была напрасна. Не то, чтоб я тебе теперь больше стал доверять. Я — не совсем обычный человек, у меня есть другие методы проверки. Ты сам себе теперь можешь доверять. Если бы что-то решил — имел все возможности сменить ситуацию любым методом. Там ты был, как рыба в воде. Поэтому — не напрасно. Да и поработала ваша группа на славу. В дальнейшем не обижай меня официальным обращением. Судьбу нам посылают боги. Не наше дело — с ней спорить.
Иван проводил группы ребят на следующую смену. Перед новым набором потока курсантов, ему и другим инструкторам Ливерпуля-2 дали отпуск на неделю. Он решил свозить семью к родителям, на ферму. Тем более что на море они ещё ни разу не были. Тоня сказала, что можно предложить туда поехать и Корибуту с женой. С одной стороны — брат, с другой — человек, который много для них сделал, с третьей — будет веселее, чем с одними родителями. Тоня помнила, что с Леной ей было легко и интересно общаться.
— Брат, ты, когда отдыхал последний раз? Есть предложение.
До Элисты летели самолётом. Корибут вылетел на своём, забрал их в Днепре. От Элисты до фермы в Лаганском районе летели на военном вертолёте. Не сильно комфортно, но быстро. Мужьям это было привычно, детям не пришёлся по вкусу шум двигателей. Но кое-как добрались. Семья Черни встретила всю компанию радушно, хотя и несколько скованно. Брат сына, оно конечно так, но и Диктатор. Впрочем, скованность быстро развеяли дети Корибута, свой маленький внук, которому были рады, женщины, которые выставили кучу требований и просьб по размещению, кормёжке. Щебетали на смеси английского, русского и жестов. Было сумбурно, забавно и нескучно. Старших детей Корибута катали на пони. Иван помогал отцу по конюшне. Женщины много возились с младенцами.
Корибут бродил везде, как инопланетянин. Любопытно, но страшно. С лошадьми за всю жизнь близко сойтись не привелось как-то. Один раз в Крыму катался на клячах в Лазурном. Не понравилось. «Крутишь ей руль» влево, а она в шиповник идёт, ногу царапает, «крутишь» вправо — укусить норовит. Справиться-то справился, но удовольствия не ощутил. Во время зимы никаких лошадей никто не видел. Если бы где-то в сёлах и остались, то чем их кормить? Консервами? Сейчас Корибут всем интересовался, опасливо ездил на самой смирной кобыле под присмотром Ивана. Примерно как мешок с… Но ездил. Утром и вечером всей гурьбой ехали на побережье, благо оно было рядом, купались в море. Дети визжали от восторга. Младенцы таращили любопытные голубые глазки. Черни были рады всем, с удовольствием общались и с детьми, и с сыном, и с женщинами, и с Корибутом.
Мужчины строили замки из песка детям, играли в воде. Попробовали потягаться в плавании. Тоню результат удивил. Хотя было видно, что Диктатор держит себя в некоторой форме, но явно не спортсмен. Да и когда? При такой должности и обязанностях. Её Ваня даже проходил ускоренный курс боевых пловцов. А там нужно быстро плавать. Тем не менее, Ваня Корибута не догнал. Гонка достойна описания. Побесившись около берега, поотдавали латки друг дружке, а потом Корибут оторвался и пошёл на глубину. Ваня пытался догнать. Это не вышло ни быстрым рывком, ни измором. Пловцы сделали петлю по морю около полукилометра длиной. Корибут доплыл до берега первым, заполз в зону прибоя, перевернулся на спину и замер. Через добрую минуту доплыл до берега и Иван. Он дышал глубоко, но стабильно.
— Гля, не думал, что ты уйдёшь.