— Ты же говорил, что война была.
— Была, но не настоящая. Слышал, что иракцы построили войска в пустыне, разместили крупными соединениями. Приготовились к классической войне времён второй мировой или как в ирано-иракской войне. То есть, к той войне, к которой американцы старательно готовились. Ибо такой тип войны предполагался между старым СССР и НАТО в Европе. Имея подавляющее превосходство в авиации, как в количестве, так, что значительно важнее, в качестве, амеры расстреляли иракцев с воздуха, как в тире. А потом сухопутные части прошли землю победным маршем, практически не встречая сопротивления. Но эта информация неполна, так как в то время я был обычным обывателем, глубоко этой войной не интересовался. Дело было тёмное, многого я точно не помню. Разве ж знал, что пригодится?
— Нормально, а что мы имеем теперь? Многое изменилось, это нужно учесть в прогнозах, планах.
— Изменилось то, что есть мы. Югославия врагам далась существенно дороже. Они привыкли к господству в воздухе, избиению младенцев. А Югославия пошатнула веру в верность данной доктрины: 500 потерянных самолётов, 400 крылатых ракет, никуда не попавших, кроме Сараево, сотня вертолётов…
— Это было для них неприятно, я думаю.
— Ха-ха-ха.
— А почему мы до сих пор не помогали Ираку, как Югославии?
— Из-за Саддама. Он недоговороспособен. Нельзя с ним иметь дело. Толя…
— Операция «Вавилонская рокировка» готова.
— Отлично. Мы сменим в Ираке лидера, после этого можно будет поставлять оружие.
— А какие наши стратегические планы?
— Втянуть американцев в Ирак и захлопнуть мышеловку.
— Последнее время русские диверсанты проводят много терактов на объектах нефтепереработки и транспортировки.
— И по флоту — подобные сведения. Много танкеров тонет. Я даже построил график нарастания подводной активности. Но мы им готовим сюрприз: завершается разработка боевого звукового комплекса защиты кораблей.
— Чего это вы намудрили, адмирал?
— Это большие листы металла. Они являются генераторами звуковых волн в воде. Изменением углов ориентации можно менять точки фокуса. Если держать в фокусе торпеду или боевого пловца, то они будут уничтожены. По бортам ставим несколько штук. Значительно лучше бомбомётов с точки зрения противодиверсионных мероприятий. И расходных частей нет.
— Круто. А у меня — одно дерьмо. По всей Европе сербы вырезают агентов, целыми посольствами и партиями. Политическими. Причём, в данном случае, работают именно сербы, без кавычек.
— Это всё равно происки русских. Давайте их бомбить!
— Это ясно. Самое дерьмо в том, что я присоединяюсь к Президенту: надо их бомбить, пока ещё можем.
— Для флота желателен больший запас топлива. Бомбы сбрасывают самолёты. Самолёт нужно заправлять бензином. Бензин — это нефть. Напоминаю: нам взорвали наши стратегические нефтехранилища. Чем мне самолёты заправлять? Я — за Ирак.
— ВВС понесли в Югославии слишком большие потери. Желательно восполнить. Нужна пауза, промышленность самолёты не рисует.
— А для Ирака, я надеюсь, сил хватит? Операция «Близнецы» давно готова.
— АНБ, и меня лично, заботит другая новость. В Мексике наш кандидат проиграл актрисочке: Пенелопе Гонсалес. Я бы сказал, чувствовался почерк Джокера. Пиар был, такой… Специфический, риторика антиамериканская. «Продадим больше наркотиков США — станем богаче!» Как вам это?
— Дерьмо!
— Дерьмо — не то слово. По косвенным данным, её контролирует мексиканское отделение управления «Б».
— Нашего?
— Нет, к сожалению — русского.
— Чёрт!! Как она выиграла?
— Несколько кандидатов в Президенты Мексики сняли кандидатуры, два кандидата погибло, а наш кандидат в Президенты был запуган настолько, что на теледебатах двух слов связать не мог. Сериалы, опять же… Звезда!