Кривонос вынырнул из мыслей, сфокусировал внимание на обстановке. Собственно, активной работы Андрею не было. Все операторы сидели по убежищам, как и он, и не пытались выйти из Сети, понимая, что это не игра, и даже не учебная тревога. Соответственно, офицеру распределения кадров, коим он временно являлся, оставалось только наблюдать. Андрюша хотел написать Юрию Григорьевичу короткое сообщение. Даже набрал: «Горячо у вас?» Потом понял банальность, неуместность, стёр и отменил. Тем более что на своей тактической карте увидел стартующие экранопланы. Эти летательные курьёзы, оказались неожиданно ко двору. Активно использовались гидронавтами. Вот и сейчас, наблюдая приводнения в районы, откуда стреляли «неизвестные» подводные лодки, Кривонос понимал: высаживают «Касаток», будут мстить. И очень высокая вероятность, что достанут гадов. Тесть хвастался, что на «Касатки» и «Дельфины» поставили новые двигатели: ионно-водомётные, которые лучше и тише работают, чем предыдущие, механические. Ионные возбуждают водный канал магнито-динамическими импульсами, как раз перед водозаборником. А разгон реактивной струи воды идёт электростатической пушкой Гаусса. По слухам, целый спор вышел. Тюрин хотел назвать «Электрическим кальмаром», но Диктатор настоял на своём: «Гаусса». Как бы там ни было, но тесть был страшно доволен новой модернизацией. Сокрушался только по поводу отсутствия пузырьковой защиты. Говорил, что уже и крепления на новых аппаратах предусмотрены, а самой защиты пока нет. Не доработали ещё. Обидно. Наши пловцы не могут, временно, топить надводные боевые корабли с ультразвуковой защитой. Точнее, могут подкрадываться и топить, но без брони, и если будут обнаружены, то беззащитны. А обнаружены будут — враг стал бдительным.
Андрей совсем забыл глянуть на контрольный экран Руси! Оборона Руси была выделена отдельно, поэтому Андрей в ней не принимал участия. Маша его тронула за локоть, показала на экран в убежище. Там бушевал апокалипсис: разрушенные дома, сгоревшие деревья, гриб из пыли.
— Где это?
— Это у нас, Андрей, на Руси.
— А, сейчас сам гляну.
Андрей переключил зону воздушной обороны на свою, и обомлел: три города горели красными точками поражения, заштриховывались зоны радиоактивного заражения, рисовались изолинии с соответствующими цифрами. Таллин, Каунас и Тернополь. «Как же так! Как это могло случиться?! Как мы могли пропустить удар? У нас же самая сильная защита! Корея отразила все. Точнее, мы на корейском направлении». Кривонос отмотал историю. Оказалось, что по какому-то злому року, «Топоры» упустили по одной разделённой боеголовке, с той, северной ПЛАРБ, которую Андрей не видел. (Это была «Луизиана», но выяснилось это значительно позже.) Мало этого, три станции из девяти, были своевременно выведены из строя диверсантами. Боевые станции разогрева ионосферы. Найдя информацию, Андрей узнал, что очень своевременно были взорваны закладные фугасы, перебившие управляющий и питающий кабели. Не спасло даже дублирование. Были взорваны и основные и запасные кабеля! «Явно кто-то из своих продался! Самим теперь хуже — их города и взорвали. Знать бы, кто эта гнида!»
— Госпожа, это наши агенты постарались! В этом дерьме ещё есть место успехам!
— Не уверена, что это однозначный успех. Кого вы будете теперь вербовать? Как наращивать разведсеть? Своими руками закрыли перспективные регионы. Думаю, что теперь на бунты мы их не сподвигнем.
— Как же так могло выйти, Андрюша, а?
— Маш, я не знаю, лапочка. Это был не мой сектор. Впрочем, у нас тоже несколько прошло. Но мало. Я не знаю.
— Хорошо, что не по Киеву, там папа с мамой.
— Не плачь, маленькая, по сводке, жертвы минимальны, тысяч по десять, примерно, в каждом очаге. Точно посчитают не скоро. Им теперь недели три по убежищам сидеть, пока радиация не спадёт.