— В Индустриальном, где Зинаида Николаевна, какой фон?
— Пока приемлемый, с ними одна элэрка. И эвакуатор. И она затребовала автобусы. Сейчас решаем, через полчаса, думаю, туда отправим.
— Хочу поехать, посмотреть на эвакуацию.
Машине Диктатора пришлось ждать, пока элэрка доделает работу. Все люди, кого он пока встречал в городе, были одеты в светлорусские ЗК. Это позволяло нормально общаться, работать. Хотя они и были тяжёлые, 15 килограмм, имели защиту из просвинцованной резины, но если не сдавать кросс, то жить можно. ЛР-ка обработала пространство перед домом и поехала дальше, а группа спасателей приступила к эвакуации. Упавшие столбы электроосвещения не давали возможности подъехать к дому. Эвакуатор бы смог, он имел колёса от БТР, но автобусы были обычные «Икарусы». Из кунга эвакуатора вышел робот. Он тарахтел бензиновым моторчиком, как Карлсон, но выглядел внушительно, если не сказать: грозно. Когда нога сошла с последней ступени, задок аж подпрыгнул. Робот подошёл к столбу, сделал пару резов МДР-ом, взял «руками» кусок столба и отшвырнул в сторону метров на пять. Повторив операцию раз десять, полностью освободил проезд. Нарезал столб, как какую-то колбасу. Можно было подобраться к дому с торца, но робот проследовал прямо к подъезду. За одну минуту раскидал в стороны лавочки, урну, отрезал плазменным резаком и выбросил трубы для плюща. Затем робот покрутил головой, посмотрел вверх. Ему что-то не понравилось в козырьке, он зашёл вглубь подъезда, пригнувшись. Через полминуты рама окна в подъезде вылетела с треском. Робот, в позиции лёжа, резал козырёк. Тот сначала обвис, а потом рухнул, оторвав последнюю арматуру. Робот вышел, разрезал козырёк на три части и выбросил в сторону. В наушниках Рохлина раздался звонкий женский голос: «Всё, можно подъезжать». Пока эвакуатор выруливал задом к подъезду, выпускал «гармошку» шлюза, робот плазменным резаком срезал петли и замок с двери подъезда. С десяток спасателей наблюдали картину. Робот подошёл к ним: «Поняли, как действовать?» Из робота вылезла женщина в таком же жёлтом ЗК. Внутрь, кряхтя, залез невысокий мужчина, если судить по движениям и голосу — достаточно старый. А движения робота, на удивление, были резвые.
— Вот вам карта, идите до конца этой улицы, все подвалы вскрывайте, людей, хоть пинками, выгоняете в автобусы. Не спешите, по воздуху не гоняйте. Ещё, полковник, вот вам тетрадка и карандаш. Размечаете на 100 квартир, и ставите галочки. — Командовала Ковалёва-Корибут.
— Какие галочки?
— Двух-трёх бойцов назначьте в обход. Может, какой дурак в подвал не спустился. Вы его за одно место, респиратор на лицо, тащите сюда, в автобус. А напротив цифры ставите галочку. Двери вскрываете силой. Кувалду возьмите в кунге.
— Благодарю за совет.
— На здоровье. Удачи. Я побежала дальше. — Сказала Зинаида Корибут.
В это время с кунгом эвакуатора поравнялся автобус, к его двери потянулась вторая «гармошка» шлюза, плотно прилегла к проёму двери. Водитель автобуса, тоже в ЗК, открыл двери. Через пару минут в автобус потянулись люди в респираторах. После наполнения, первого автобуса, шлюз убрали, подъехал второй.
— Генерал, а я вас узнала, здравствуйте.
— Здравствуйте, Зинаида Николаевна. Что бы мы без вас делали?
— То же самое, но хуже, дольше, скучнее. Вы меня к мужу подбросите? Я вижу, вы на машине.
— Ну-у, а это куда?
— Бережной, переходишь со всей группой под командование российского полковника. Я побежала. Нам по проспекту Энгельса, в Октябрьский район. Мы договорились, что он туда пробиваться будет. Поехали, генерал, по дороге поговорим.
Такого напора Рохлин не ожидал. В принципе, большого резона сопротивляться не было, как сказал кто-то мудрый, стихии лучше не сопротивляться.
— А на кого вы оставили группу?
— На вашего, полковника, начгорМЧС. Хотите — назначу своего Бережного? Но он — всего лишь капитан. Неудобно как-то.
— Нет-нет, ваше решение лучше. А почему, если не секрет, вы сюда приехали? У вас и на родине было где развернуться.
— О! Ревнуете! Не бойтесь, всю вашу власть не заберу! Почему? Вам нужно помочь. Правда. Мы эти действия отрабатывали сто раз. На учениях по ГО. А у вас такого, голову даю на отсечение, не было. Или было?
— Нет, не было. Руки не дошли. Но почему — именно вы? Тут же радиация, риск…
— Вот именно! Извините, я буду говорить прямо, как есть. Мне — 62. Родила… Короче, живых — шестеро детей. Уже климакс. Всё. Рожать больше не смогу. А остальное — Санины учёные меня вылечат, если что. Мы же, ещё СССР, Босфорскую бомбардировку прошли. Преодолели. Стоять! Ты что!? С ума сошёл, водитель? Куда ты «срезаешь»? Назад сдавай! Ездить — только по улицам с зелёными флажками, где прошли элэрки.