Страстная любовь превратилась в не менее страстную ненависть, которая лишь подпитывалась нежеланием нашего отца видеть бывшую жену и бывших дочерей. От опеки он отказался, хотя алименты и платил. Правда, я никогда не знала о какой сумме идёт речь. Но мама всегда подчеркивала, что этого не хватает даже на еду.
Я же, на свою беду, оказалась очень похожа именно на своего отца. Черные волосы, карие глаза и немного смуглая кожа, которые когда-то ей нравились, сейчас вызывали лишь раздражение.
– Вся в ту гнилую породу – часто слышала я от матери. – Что из тебя вырастит, если ты уже сейчас такая? И за что мне такое наказание?
До тринадцати лет я, движимая чувством вины за сам факт своего рождения, который так испортил жизнь моей мамочке, всеми силами пыталась заслужить ее любовь.
Но мои старания, казалось, приносили совершенно обратный результат. Она была мной недовольна по определению.
Выбрасывала мои подарки, называя их ерундой и безвкусицей.
Не уставала повторять, что хорошие оценки в школе мне ставят из жалости.
Когда я стала подростком, кое-что изменилось. Я перестала смотреть на мать, как на недосягаемое божество, от чьей милости зависит всё в моей жизни. У меня появилось свои увлечения, мечты и планы. А потому доводить меня до отчаяния стало в разы сложнее.
И Есения Горина сменила тактику. Вместо пинков, упреков и бесконечных сравнений с моей идеальной сестрой, на меня полился яд гадких пророчеств.
Ни ума, ни таланта. И ладно бы ты хоть красивой была. Тебя даже замуж никто не возьмёт. Так и будешь жить в моем доме, отравляя мне жизнь.
Думаешь ты хоть кому-то будешь интересна? И не надейся.
Да с такой как ты ни один мужчина дважды в одну постель не ляжет. Все, на что ты можешь надеяться – один раз. По пьяни и в полной темноте. При условии, что молчать будешь. Твой чудный голосок, даже у последнего пьяницы желание отобьёт.
Подружек она завела. Они с тобой "дружат", чтобы на твоём фоне казаться симпатичнее. Впрочем, ты ничего другого и не заслуживаешь.
Евангелине повезло больше она была абсолютной копией нашей матери. И Есения всю жизнь любовалась ей, называя своим прекрасным зеркальцем.
Сестре доставались безграничное восхищение. Ее боготворили. Она всегда была лучшей девочкой на свете. Самой красивой. Самой умной и талантливой. А что учителя с этим были не всегда согласны, так злые люди всегда завидуют гениальности.
Ева носила корону золотого ребенка, считая себя совершенно уникальной – достойной лишь лучшего.
И запросы ее лишь росли.
Лучшие игрушки сменились брендовой одеждой. Потом к ним добавились статусные аксессуары, которые вызывали жгучую зависть подружек сестры и возвышали ее над "серой массой".
И пока она училась в государственной школе, чувствовать себя особенной у Евы получалось без особого труда. Никого из ее одноклассниц родители не баловали столь самозабвенно.
В колледже, где учились дети из более состоятельных семей, корона сестры упала и разбилась на тысячу кусочков.
То, чем она бесконечно гордилась, считая признаком роскоши, сокурсники осмеивали, называя безвкусицей. Молодые люди больше не падали к ее ногам, и о ужас, считали недостаточно красивой.
Поэтому она решила доказать всем свою исключительность.
Даже за учебу принялась, но быстро поняла, что это не ее.
В связи с чем моя сестра решила удачно выйти замуж.
Но существовала одна загвоздка. Евангелина, вопреки уверениям нашей мамы, никогда не была эталоном красоты и не отличалась от сверстниц ничем, кроме чувства собственной важности.
А так как умом сестричка не блистала, то взяла ракшасский кредит на серию эстетических модификаций.
Я ее не отговаривала. Знала - все равно без толку. Она слушала лишь маму, которая бесконечно пела любимой своей девочке дифирамбы.
Но ни через месяц, ни через два, ни даже через три прекрасный миллиардер не постучался в дверь нашей квартиры. Оплачивать кредит Еве было нечем.
А именно три ежемесячных платежа являлись страховыми.
То, что с серьезным разговором ко мне подойдёт мама, я ожидала. И даже понимала, что отказать ей, живя в ее квартире, у меня не получится.
– Кира, милая, – начала она неожиданно ласково. И ласка эта пугала меня сильнее проклятий. – Ты должна помочь сестре.
– Мама, всех моих сбережений за последние полгода едва ли хватит на один платеж по кредиту.
– Этого будет достаточно. Ты же знаешь Алехандро Риедиса? Хотя, откуда тебе его знать? Вы вращаетесь в совершенно разных кругах. Да и не это важно. Главное, Алехандро со дня на день сделает твоей сестре предложение. Риедисы – очень богатая семья. Что им выплатить какой-то кредит? Нам нужно лишь выгадать немного времени. Если мы не внесём платеж сегодня, уже завтра Еву заберёт полиция и передаст ракшасам. А я этого не переживу. Я убью себя в эту же минуту, – мама горестно заломила руки. Но увидев, что ее театральные жесты на меня не действуют, решила сменить тактику. – Кирочка, подумай. Ты же сама окажешься в выигрыше. Эти деньги вернутся к тебе, пусть, и немного позже. Когда Ева выйдет замуж, я смогу оплачивать твое обучение.