Помощь пришла оттуда, откуда не ждали. Герана Акино сначала почтила нас визитом вежливости. Как принято, с подарками для малышей. Посмотрела на двух бледных особ с синяками под глазами. Показала головой. Забрала Тана у Ири и велела ей отдыхать ближайшие два часа. После чего попила чай и на два часа отдыхать отпустила уже меня. А потом ушла, пообещав приходить в гости три раза в неделю. Потому, как опасалась, что внуков она не дождётся, если я продолжу сутками сидеть с "племянниками". Так дипломатично Герана начала называть Тана и Тира. Я ведь не являюсь их матерью, но остаюсь их кровной родственницей. В принципе, роль тёти меня более чем устраивала.
Но с детьми, несмотря на всю помощь моей будущей свекрови, я решила не торопиться. Они маленькие, хрупкие и орут громче пожарной сирены. Надеюсь, у меня двойни не будет. Иначе я сойду с ума.
А ещё у меня получилось взглянуть на Герану немного с другой стороны. За раздражающей манерой этой женщины указывать другим что и как делать, скрывалось отзывчивое сердце. А лидерские качества и жизненный опыт иногда бывают крайне полезны.
Ещё я поняла, почему Дар и Лидис не могут злиться на неё, даже если их маму "немного заносит". Герана, действительно, делала всё это из-за переполнявшей ее любви.
Моя будущая золовка сказала, что энергию Гераны обязательно нужно активно направлять в мирное русло. Так и ей веселее, и другим спокойнее.
Дни мои, слились в один бесконечный кошмар из суеты и недосыпа. Я не помнила ни дат, ни дней недели. И даже о том, что Дар возвращается на планету, вспомнила лишь когда он появился у нас на пороге. И это был, скорее, неприятный сюрприз. Кому понравится предстать перед любимым мужчиной босиком в мятой тунике, с вороньим гнездом на голове вместо аккуратной прически? И пахло от меня не дорогими духами, а детской смесью, которую я на себя пролила, пытаясь покормить Тира.
Так быстро в своей жизни мне не приходилось принимать душ, расчесываться и переодеваться. Хорошо хоть Ири поняла мою мольбу во взгляде и отвлекла Дара светской беседой о природе, погоде и столь любимой им живописи.
По возвращении я узрела идиллическую картину. Эддар сидит на диване, держит близнецов и рассуждает о значении цветов мирта в неоклассических работах современных художников. Ири сидит рядом и в шоке смотрит на данную композицию. А главное, дети молчат, и, кажется, даже слушают.
– Я сейчас сплю и мне это снится? – спрашивает подруга шепотом.
– Вряд ли. Не может же нам двоим сниться один и тот же сон? Но происходящее кажется мне очень странным.
– И немного пугающим.
– Вы это о чём? – улыбнулся Эддар.
– Эти дети молчат, – ответила я растерянно. – В основном, они ведут себя совершенно по-другому. А тут целых восемь минут тишины.
– Десять, – шепотом поправила меня Ирай.
– Дети ощущают страх, неуверенность и нервозность окружающих их взрослых, – выдал свою версию происходящего Дар. – Я спокоен. Они это чувствуют и сами остаются спокойными. У моей кузины Ингерд три дочери. Будучи подростками, мы с Лидис часто сидели с племянницами.
– Оставайся здесь жить, – произнесли мы с Ири одновременно.
Мой жених рассмеялся, приняв это за шутку, тогда как мы были абсолютно серьёзны.
– Ивер едва терпит мои короткие визиты. А если я останусь в его компании более, чем на четверть часа, он, точно, попытается меня убить.
–Так было раньше. Теперь любой, кто может заставить близнецов молчать хоть сколько-нибудь долго, имеет все шансы стать его лучшим другом. А еще у меня очень удобная комната с окнами, выходящими в сад.
Там, правда, односпальная, по ракшасским меркам, кровать. Но об этом можно и умолчать. Она в три раза больше, чем та, что была у меня на Земле. Так что поместимся.
Конечно, это безумно эгоистично с моей стороны. Но мне так хочется немного тишины, что я готова пойти на сделку с совестью. А ещё мне хочется заснуть в объятиях Дара. Я слишком долго об этом мечтала.
Почему-то бросить Ирай с Ивером и уехать хотя бы на одну ночь в место, где мы будем лишь вдвоём, у меня и мысли не возникло. И не по причине огромной любви к близнецам. Просто, я так вымотались, что соображала с некоторым трудом. А Дар такой идеи мне не подал.
О том, что в постели можно не только спать, и что, просто, спать молодой и здоровый мужчина вряд ли захочет, я тогда, тоже, не подумала.
Осознание накрыло меня, когда близнецы уснули, а мы оказались в моей комнате. Но мучило меня не слишком долго. Дар пошел в душ, а я, пообещав себе, что глаза закрою лишь на одну минуточку, уснула в кресле.