Родченко написал ответную статью-письмо, в которой не только доказал свой приоритет по времени в создании тех или иных снимков, но и затронул важнейшую для искусства проблему привыкания и усвоения искусством новых выразительных приемов и средств. «Советское фото» это письмо не поместило. Поэтому Родченко опубликовал его в 6-м номере журнала «Новый ЛЕФ».
В архиве Родченко сохранился листок бумаги с несколькими предварительными фразами, которые потом не вошли в его опубликованную статью. Мы приведем этот фрагмент, потому что в нем предельно ясно выражено отношение Родченко к подражанию в искусстве.
«...Время гениев проходит. Сейчас нужны работники, а не гении.
Аэропланы строятся во всех странах, мало отличаясь друг от друга, быстро усовершенствуются, если в каком-либо заводе есть улучшение.
Тоже автомобили, киноаппараты, фотоаппараты и т. д.
Товарищи фотографы, не думайте только об униках и шедеврах.
Подражать вовсю тому, что ново...».
В технике подражание и усовершенствование есть один из путей развития. Этот путь есть и в искусстве. Но чему подражать?
«Мне часто товарищи с мест пишут, — продолжает Родченко, — что приходится подражать образцам. А как же, обязательно подражать, конечно, только не слепо, а сознательно. Устраивать выставки, спорить, объяснять и бороться за подражаемое. Не бояться обвинений в подражании.
Я помню одного студента в художественном училище (речь идет, скорее всего, о Казанской художественной школе, где в 1911—1914 годах учился Родченко. —А Л), которого профессор ругал за подражание Гогену.
А он ответил: «Когда я буду Вам подражать, Вы будете говорить — у Вас оригинально, ново. Но Вы-то сами подражаете тому, чему подражают тысячи, так что объект подражания потерян и не поймешь, кто кому подражает. И это называется «оригинально и ново». Так это же шаблонно и туманно, и на этом тумане Вы строите мнимую индивидуальность. Нет, я лучше буду подражать только Гогену, он подражал таитянам, и мне все ясно и другим,..»
В опубликованном варианте акцент был сделан не столько на художественной основе механизма подражания, не столько на проблеме выбора того, чему подражать (старому, общепринятому или новому), сколько на необходимости любого творческого работника иметь полную информацию о том, что происходит в его области.
Поэтому фотограф, по мнению Родченко, должен знать не только о технических достижениях фотографии, но и об экспериментах, сделанных ради расширения зрительных впечатлений и представлений об окружающем мире. Родченко говорил, что при этом неизбежны зрительные аналогии и подобия в решении композиции, фотографического пространства. Культура не может двигаться иначе, чем через «обмен и усвоение опытов и достижений».
«Мне не важно, как и всякому культурному человеку, кто сказал «А», важно это «А» расширить и использовать до конца, чтоб была возможность сказать «Б».
На первых порах все ракурсные снимки будут казаться похожими друг на друга для глаз человека, воспитанного на иных канонах композиции, например живописных. Эта «похожесть» объясняется особым механизмом восприятия, который выделяет в окружающем нас мире формально-эстетические целостности. Мы видим как целое определенные исторические стили, замечаем и воспринимаем на уровне формы структурные особенности строения тех тех или иных видов животных и растений, в технике выделяем группы и классы подобных машин и устройств. Любые новые шаги в искусстве, с которыми связаны свои средства выразительности, не использовавшиеся ранее, отличные от широко распространенных на данный момент, будут восприниматься по контрасту с прошлым как нечто единое, как взаимный плагиат новаторов.
Но когда объем достижений современности, частота встречаемости новых приемов превысит объем старого, это новое тоже станет привычным и обыденным. Незнание этого обстоятельства и позволяло свысока поучать Родченко, что он подражает Махоли-Надю, а молодые неопытные фотографы подражают Родченко.
Ответ Родченко:
«Если о снимках сверху вниз и снизу вверх говорят, что это под Родченко, нужно просто разъяснять неграмотность такого утверждения и познакомить с современной фотографией, показав снимки лучших мастеров разных стран».
По существу внешней «похожести» своих работ на снимки западноевропейских фотографов Родченко писал:
«Труба» А. Ренгер-Патча и мое «Дерево», взятые снизу вверх, очень похожи, но неужели не ясно «фотографу» и редакции, что эта похожесть сделана мной нарочито?..