Свойственная многим ракушкам спиралевидная форма символизирует эволюцию, трансформацию, движение по спирали, цепочку ДНК, образ Вселенной. Но может говорить и о зацикленности или фокусировки на каком-то определенном вопросе.
«Мы просто слишком много читаем и колупаем свой диагноз, вместо того чтобы жить» — написала как-то одна ракушка в чате «РМЖ Доброе место». Зацикленных на своем раке ракушек очень много. Полное погружение. И точка невозврата. В жизнь.
Всё ведь было таким прекрасным. Обернулась я одеялом, А теперь как бы на сносях я.
Когда ты — в ракушке, движение может быть наружу, а может быть наоборот вовнутрь. Я испытала на себе это сначала «вовнутрь», а потом «наружу». Раковина объединяет два принципа бытия -духовное и материальное, совмещая внутреннее и внешнее. Безопасное укрытие: спрятаться от всех, переждать, пережить, и лучше потом не вылезать. И свободу исследования и риска — «я буду жить, как хочу, на полную катушку!».
Ракушка символизирует самоанализ — поиск самого себя, уход от действительности вглубь, отстраненность от социума и предпочтение одиночества.
А еще ракушка напоминает женскую грудь… Никогда не замечали? В современном искусстве раковина часто используется как метафора быстротечности жизни и неизбежность смерти. Они также символизируют хрупкость человеческого существования и хрупкое равновесие природы.
Ракушки бывают разные. В некоторых образуются жемчужины, а в некоторых — нет. Они пустые. Жемчужина образуется, когда в раковину попадает инородное тело. Словно неправильная клетка рака. И она начинает делиться с бешенной скоростью. У жемчужины и раковой опухоли, как это ни странно, много общего. Как и у раковых опухолей, у жемчужин много типов и подвидов в зависимости от местоположения в раковине, формы ядра, возраста жемчужины, патологии моллюска, вида моллюска, способа культивирования…
Позабудьте про эту песню
Если я не вернусь обратно…
***
Я черкалась в блокноте. Писала слово «ракушка» разными почерками. Рисовала ракушки.
Можно выделить часть слова «рак» жирным шрифтом. Или другим цветом. Хм. Подождите. Тогда получится Рак ушка. Хм. А что? Пойдет. Случайная неслучайность.
Когда придумано не специально, это по-настоящему. Как у Сигарева. Все думали, что «Страна ОЗ» — это набирайте «ноль три». Вызывайте Скорую! Тут все сошли с ума. Название «ноль три» появилось как случайное совпадение — шрифт на титрах совпадал с названием Института Склифософского.
«Рак ушка» — это и про людей, которые слышать ничего не хотят про рак. Закрывают уши. Мы не хотим слышать и принимать людей с раком в обществе. Сжигайте их на костре. Не хочу ничего слышать про рак. Как Кикадзару — обезьяна, закрывающая уши в композиции «Три обезьяны» [41].
Помню, в молодости в компании на крыльце УрГУ было много колоритных персонажей. Один из них — Макар. Не самый приятный тип, мягко говоря. И вот однажды он всех начал заколебывать всех фразой «Пацаны, пи@дец, у меня рак мозга». Сам себе диагностировал, потому что пару волос выпало. Ну и так всех достал этим, что однажды один чувак ему ответил: «Макар, у тебя не рак мозга. У тебя просто мозг рака».
У кого-то рядом случился рак?
Закрывайте глазки, закрывайте ушки, Добрые соседи, прячьтесь под подушки [40]. Люди с мозгом ракообразных.
ПРИВЕТ С ТОГО СВЕТА
Я дома.
В среду — на химию. В четверг — на похороны Шера. В следующую пятницу — на работу. Отпуск заканчивается.
***
Села ретушировать покойников. Надела наушники и включила «Мою волну» на Яндекс. Музыке.
Внезапно Пол Маккартни запел «Yesterday».
Yesterday, all my troubles seemed so far away…
Привет с того света.
***
«The Beatles» — любимая группа Шера. Пластинки, кассеты, книжки, вырезки из газет и журналов, постеры. Папа вообще на множество разных олдскульных исполнителей нас подсадил.
Но «Битлз» — это было наше всё.
***
Парадокс: в стране, где «Битлз» официально нельзя было услышать по радио и увидеть по телевидению, возникла настоящая битломания.
В перестройку битлов разрешили окончательно и бесповоротно. В издательстве «Радуга» вышла книга Хантера Дэвиса, которая воспринималась как настоящий литературный памятник: послесловие написал Андрей Макаревич, перевел Владимир Познер. А еще через некоторое время в журнале «Костер» опубликовали «Желтую подводную лодку» в переводе Иосифа Бродского.