Знаю, что ты был ОЧЕНЬ хорошим для всех! Особенно в комбинате. Помогал всем. Строил дома комбинатовским начальникам и директорам. Когда я была журналисткой, многие меня спрашивали: «Батлук — ваш отец?». И начинали тобой восхищаться, говорили, что таких больше нет, такие закончились в Советском Союзе. А тем временем, мы с мамой приколачивали плитки гвоздями к полу на кухне и клеили обои в коридоре. А ты приходил, говорил, что всё криво и не так, и если на утро они не отвалятся, то сам оборвешь.
В семье ты был страшным тираном и деспотом. Свой среди чужих, чужой среди своих. И в этом твоя большая трагедия.
И да. Всё что я делала, из кожи вон лезла, доказывала тебе: смотри, я могу то и это, я справлюсь со всем. Я всё вытерплю. Я буду лучшей в любом деле, за которое возьмусь. Ведь любить и ценить меня можно только когда я эффективная и продуктивная. Лучше всех. А не просто так. Просто так никого не любят. Да и когда эффективная, тоже не любят.
А сейчас ты умер. Твое холодное тело лежит в морге. Никогда на улице я не встречу тебя, не наткнусь на бабайку и не будет поцелуя дементора. И ничего не надо никому доказывать. И ты никогда не причинишь мне вреда.
***
Oh! Darling, please believe me
I’ll never do you no harm
Believe me when I tell you
I’ll never do you no harm
АХ, Я ВЕРЮ ВО ВЧЕРАШНИЙ ДЕНЬ
7ноября
Иногда прощение — это прощание. Недаром слова так похожи.
Сегодня состоялось прощание-прощение с папой. Организацию похорон взял на себя комбинат и папины друзья. Мы пришли в ритуальный зал «Вечного огня». Папа лежал в гробу. Я не испытывала ни злости, ни обиды, никаких сложных чувств. Только… нежность. Я гладила его щеки, волосы, руки, сложенные в замок. Целовала в лоб. Мне так хотелось согреть его.
Мы стояли с одной стороны перед гробом — четверо детей. Две дочери, два сына. Это мы — твоя четверка Битлз. А ты так этого и не понял. Напротив — стояла толпа людей, начальников, коллег и друзей. Рыбаков и бильярдистов.
Ведущая церемонии спросила, хотят ли что-то сказать дети? Наташа пихнула меня плечом. «Иди». Как сомнамбула я поплелась к микрофону и пропищала: «Папочка, мы тебя очень любим. И ты нас любил. ПО-СВОЕМУ. Прости нас за все. И мы тебя прощаем. Спи спокойно». Потом я вдруг включила на телефоне песню Yesterday… и приставила динамик к микрофону.
Начался последний прощальный обход. Люди шли вокруг гроба под Yesterday, похлопывали Шера по плечу. Наташа зарыдала навзрыд. Алеша резко вышел на улицу. Мама вдруг пожала мне руку. Андрей крепился изо всех и постоянно приседал и завязывал свои шнурки.
Вчера все мои проблемы казались такими далекими.
Теперь кажется, будто они здесь навсегда.
Ах, я верю во вчерашний день…
Вдруг я заметил, что уже не такой, каким был Надо мною нависла какая-то тень.
Ах, вчерашний день внезапно пришел.
Но почему же она ушла?!
Не знаю, да она и не призналась бы.
Сказал что-то не то,
А теперь тоскую по вчерашнему дню.
Еще вчера любовь была такой легкой игрой Теперь же мне нужно где-то спрятаться ото всех. Ах, как же я верю во вчерашний день.
YESTERDAY-ВЕЧЕРИНКА
Никогда бы не подумала, что Yesterday так подходит для гражданской панихиды. Мужики на улице курили как Макконахи в оцепенении. «Это наша молодость», — охрипшим голосом сказал папин лучший друг дядя Юра и стиснул меня в объятьях. Люди смотрели на нас с опаской. «Это неадекватные дети неадекватного Батлука. Они могут всё что угодно. Один просто вышел из зала. Эта включила Битлз на телефоне. Чего еще от них ожидать?
***
Вечером Наташа, Андрей и Леша пришли ко мне. В Дашиной квартире состоялась лютая попойка, которая войдет в историю как «Yesterday-вечеринка».
Мы пили водку и плясали под Битлз. Леша знает все тексты НАИЗУСТЬ! Наверное, тоже хотел доказать, что его можно любить, хотя бы за то, что он вызубрил песни со всех альбомов.
Андрей сказал, что включение трека Yesterday на похоронах стало для него большим уроком в жизни. Делай что хочешь. Режиссируй события жизни, как вздумается. Иди напролом. Не бойся ничего.
Мы танцевали под Битлз движениями Шера: руки в «козе», подбородок вперед, легкий полуприсед и движения коленями из стороны в сторону. Андрей хватал меня на руки, поднимал, делал захваты и перевороты, и крутил. Как это делал папа.