Витя схватил его за грудки и кинулся втащить ему. Громко прозвучали слова «гнида», «черт», «говно собачье». Витя Космос взрослый мужик, но пороха, запала, дерзости и страсти ему не занимать. Он кидается в драку, как пубертатный мальчишка.
Теперь Федечкин увольняется. Но хочет остаться, запекать хотя бы овалы. Ходит, заискивает, заглядывает в глаза. Стал здороваться с Юриком! За руку. Горячо трясет его руку при встрече. «Безликий» Юрик офигевает.
Федечкин так себе человек. Мне он казался добрым и смешным. В каждом борется «бобер с козлом». Идет битва тьмы и света за каждую душу на земле. Тьма часто побеждала. Федечкин собирал на кладбище деревянные кресты, которые ставят на год-два до установки памятника. И топил ими печку дома. Как-то нашел часы, которые принесли и оставили на тумбе родственники. И стал их носить. Хвастался ими. «Битва экстрасенсов» отдыхает.
Алина считает, что топить печи крестами нельзя. Но можно помянуть умершего алкоголем, который родственники оставляют на могилах. «Вот мы с Аней летом сядем на скамеечку у могилы, возьмем открытое пиво, выпьем и помянем по имени этого человека!». Ей очень нравилось работать на кладбище до того, как она пошла учиться на ретушера-гравировщика.
«Как будто постоянно в запое, а не на работе». В общем, интриганы сами себя потопят.
***
Мама вдруг сказала, что скоро у меня появится пара. Я легкая, позитивная, уверенная в себе, яркая, и это женское состояние притягивает пару.
Я ЕЩЕ НЕ ЗАКОНЧИЛА
15июля
С утра красила чистила после выходных двенадцать портретов.
Подарила Вите тюбетейку из фетра с синей вышивкой из Казани. Мне сказали, раньше он носил подобную шапочку очень долго.
***
Умерла звезда «Зачарованных» Шэннен Доэрти. 54 года. Как Заворотнюк. Как наша Ольга Садовникова.
Шэннен боролась с раком молочной железы с 2015 года. Девять лет. Перенесла мастэктомию, прошла химию и лучевую. В 2017 году вошла в ремиссию. В 2019 -м болезнь вернулась. Метастазы в головной мозг. В ноябре прошлого года Шэннен в интервью People говорила, что не хочет умирать: «Я еще не закончила жить. Я еще не закончила любить. Я не закончила творить. Я еще не закончила надеяться на то, что всё изменится к лучшему. Я просто не… я еще не закончила».
А теперь прочитайте тоже самое, убрав частицу «не». Говорят, в аффирмациях и посланиях в космос вселенная не слышит частицу не. Но всё это ерунда. Не помогает. Ничего не помогает. Страшно. Другая страна, деньги, известность. Болезнь вонзает когти и не отпускает. Почему так?
Теперь всегда, когда кто-то известный умирает от рака, ты будешь вздрагивать. Как справляться со страхом рецидива? Страхом проходить всё снова. Ты уже не можешь думать «со мной такого не случится». Потому что уже однажды случилось. Нет никаких гарантий, что не случится снова. И ты не можешь это контролировать. Или можешь?
***
Баннер комбината «Минералдар», к которому я иду издалека по дороге с работы домой. Качусь с горки к слову «Интересно». Оно так вдохновляло меня. Я надеялась. Что меня возьмут. А теперь иду и представляю частицу «не», написанную слева баллончиком «НЕ интересно». Неинтересно совершенно.
ПРИДУМАЛА РАК ДЛЯ ИММУНИТЕТА
27июля
Дождь и холодно. Утро. Такая погода мне по душе. Всё хорошо. Много работаю. Задерживаюсь допоздна. Надо поднажать. Устаю. Мыслемешалка грузит: «Вот, ты продолжаешь не жалеть себя, упахиваешься. Рак учит тебя быть бережнее к себе, а ты ничему не учишься».
Нет. Всё не так. Не верьте этому голосу в голове. Я говорю ему: «Ой, да ну?». Не верю. Скорее всего мне просто нравится делать портреты на камнях. Вот и всё. Иначе вряд ли бы я этим занималась, да еще и с таким рвением. Даже в отхимиченном состоянии.
***
Мое рвение и работа по субботам вызывают недовольство Вахита. Не понимаю. Заказов — море. Мы все — в одной лодке. Слепая душащая жаба внутри.
Я узнала, что Федечкин до увольнения на работе запускал новую интригу — оказывается, на самом деле я не болею и у меня НЕТ РАКА. Я просто увидела, что к Ольге Садовниковой было особое отношение и придумала себе рак — иммунитет, чтобы меня не уволили и не трогали. А почему Маша полгода ходила лысая в шапке? А она такая двуличная тварь, что могла специально побриться налысо и сказать, что это химиотерапия. «Ну, да, оно-то в принципе может… Запросто!».