– А я получил. Я её заслужил в игре «Долг героя».
– Что? В другой игре? – Король Карамель стал серьёзен. – Ты ведь не хочешь стать как Турбо, правда?
– Просто верните медаль!
– Твёрдые мои ириски! Медаль не вернуть, она теперь только в виде кода. Придётся ждать, пока кто-нибудь выиграет заезд.
– Без медали я не уйду.
– Уйдёшь как миленький! – Король Карамель наконец разобрался во всём. – Винчел, Донат! Вытащить его и отправить домой первым же поездом. – После этого монарх сел в машину и завёл мотор. – Теперь мне разбираться с глюком по твоей милости. Прощай, Ральф! Было совсем не приятно познакомиться!
Зажужжал мотор, и Его Величество покинул зал на своём болиде.
Подошли два уже знакомых полицейских и постучали по пирожному.
– Слишком твёрдый, – определил Донат. – Придётся пилить.
Полицейские достали бензопилу и направились к Ральфу с инструментом. Когда он понял, что сейчас они начнут резать пирожное прямо на нём, он решил, что лучше, пожалуй, убраться отсюда подобру-поздорову. Он вскочил, отбежал в другой конец комнаты, переваливаясь с ноги на ногу, и выпрыгнул из окна.
Глава 14
Выпав из окна, Ральф ударился о землю, и пирожное раскололось на части. Получив свободу таким образом, пленник скорее вскочил на ноги и бросился прочь, не разбирая дороги.
Вокруг был лес, и Ральф шёл через него, пока не выбился из сил. За ним по пятам гналась полиция со сворой эклер-терьеров; злобный лай был слышен совсем близко. Не успев перевести дыхание, Ральф снова перешёл на бег и в этот раз скрылся в овраге.
Собаки остановились перед ручейком из шоколада. Поводили носами, но, похоже, потеряли след Ральфа. Пришлось повернуть назад. Они не обратили внимания на сладкую соломинку, торчащую на поверхности воды. Соломинка медленно подплыла к берегу, а потом на другом её конце появился Ральф – он вынырнул из ручья и выплюнул соломинку. Через неё он дышал под шоколадом.
– Терпеть не могу шоколад, – проворчал он.
В этот момент раздался резкий звук, как будто скрежет металла. Ральф решил заглянуть за холм и увидел там... Ванилопу! Она была занята тем, что пыталась отремонтировать педали своей маленькой кривой машинки. Вокруг неё по всей лужайке валялись запчасти.
Ральф в ярости бросился было вниз по склону холма, намереваясь схватить нахалку, но вдруг остановился. На дороге показалась колонна гоночных машин. Это была группа гонщиц-конфеток, и они приближались.
– Вон она! – крикнула подругам Таффита Мармеладис.
Гонщицы подъехали, вышли из машин и встали в ряд перед Ванилопой. Она смотрела на них и едва заметно мерцала.
– Привет, коллеги, – дружелюбно обратилась она к гостям, продолжая мерцать. – Пришли познакомиться с конкурентом? Вот, посмотрите: самая современная и новенькая гоночная машина!
Таффита Мармеладис и другие гонщицы стали окружать необычную девочку.
– Слушай, ты, – лицо Таффиты Мармеладис становилось всё более враждебным, – убирайся-ка из гонки подобру-поздорову.
Ванилопа удивлённо подняла брови.
– Не могу. Я же заплатила взнос, моё имя в списке участников. Я должна выступать.
– Ты знаешь правила, – ледяным тоном произнесла Таффита Мармеладис. Она взяла из рук Сласты Коврижевска свиток и, открыв его, прочла: – Королевский указ: глюки не могут участвовать в гонках ни при каких обстоятельствах.
Она развернула свиток ещё немного и продемонстрировала его всем присутствующим. Внизу страницы был отпечатан портрет Ванилопы, заключённый в круг и перечёркнутый.
– Я не глюк, – попыталась оправдаться Ванилопа. – У меня пикслексия, понятно?
– Чего? Пикслексия? Это что ещё? – насмешливо переспросила Таффита Мармеладис.
– Неспособность считывать код, – терпеливо объяснила Ванилопа, явно надеясь, что ей поверят. – Такое бывает, когда не удаётся корректно прочитать отдельные символы.
Ральф, слыша всё из укрытия, подумал: «Надо же, а я и не знал».
Смело глядя на Таффиту Мармеладис, Ванилопа твёрдо произнесла:
– Я буду участвовать в гонках.
– А вот и нет, – высокомерно заявила та. – Ты не гонщица. Ты глюк и глюком останешься.
Таффита стала кривляться и трястись всем телом, передразнивая мерцание Ванилопы. Две другие гонщицы расхохотались, поддерживая Таффиту. Ральф был поражён.
«Жестоко, – думал он. – Очень жестоко».
После этого девочки обратили внимание на машинку Ванилопы. Они все вместе подошли поближе и стали ломать автомобиль.