Но сильно загрустить узник не успел: стена камеры вдруг рухнула, и в тюрьму ворвался Громила Ральф.
– Феликс! – взревел он звериным голосом, вывалив перед Феликсом какую-то груду обломков. Конечно, это была сломанная машинка Ванилопы. Феликс в избытке чувств бросился к Ральфу и крепко обнял его.
– О Ральф! Как же я рад тебя видеть! Точнее, я зол на тебя. Какие у тебя есть оправдания? – Феликс, говоря это, уже оценивал покорёженные куски у себя под ногами. – А это что?
– Гоночная машина. Я её сломал. А ты должен её починить.
– Не должен! Ты хоть понимаешь, через что я прошёл ради тебя? Бегал как угорелый по всему королевству. Чуть не утонул в зыбучем какао. Встретил самую потрясающую девушку, от которой я просто без ума, а она не желает меня знать. Теперь меня ещё и заточили в камеру. Ты хоть представляешь, каково это, когда тебя отвергают? Или обращаются с тобой как с преступником?
– Отлично представляю, ведь я так живу. Со мной так обращаются каждый день. Потому я и сбежал: хотел стать хорошим парнем. Но прямо сейчас... – Ральф кивнул на обломки машины, – одной маленькой девочке очень нужна наша помощь. Почини её машину, и я обещаю, что никогда больше не попытаюсь стать хорошим.
Феликс впервые увидел у Ральфа столь бескорыстное стремление помочь ближнему. Он был искренне тронут. Не теряя ни минуты, он достал свой золотой молоток и принялся за работу.
В той же темнице в это время Ванилопа грустно сидела в своей камере. Король Карамель поместил её в одиночку без решёток и окон. Чтобы убедиться, что сбежать она не может, он приковал её кандалами за пояс и за ноги. Так она и сидела неподвижно, без возможности пошевелиться, как вдруг... Ба-бах! Дверь в её темницу слетела с петель, и внутрь ворвался Ральф на новенькой, полностью отремонтированной гоночной машине. Ральф выпрыгнул из машины и сорвал с девочки цепи.
– Знаю, знаю, – приговаривал он, – я настоящий дурак.
Ванилопа глянула на него исподлобья, приподняв бровь.
– И... – протянула она.
– И ещё полный болван, – признал Ральф.
– И... – продолжала она.
– И ещё эгоист.
– И-и-и...
– И... туполобик?
Ванилопа просияла.
– Самый туполобый туполобик на свете!
Они снова стали одной командой.
Глава 23
На стадионе игры «Сладкий форсаж» работал гигантский фонтан с апельсиновой, вишнёвой и виноградной содовой водой. Красно-белые трибуны в виде коробок для попкорна были заполнены кричащими болельщиками. Участники гонок уже заняли свои места на линии старта. Полиция дежурила у выходов. Король Карамель стоял в своей королевской ложе. Настроение у него было преотличное. Девочки-глюка нигде не было видно.
– Возлюбленные подданные! – провозгласил он. – Сегодня самый счастливый день в моей жизни! С огромным удовольствием объявляю открытыми отборочные гонки!
Толпа заверещала. Король Карамель спустился вниз и сел в свою гоночную машину. Он был готов к заезду. Поднялся клетчатый флаг, и участники стартовали.
Таффита Мармеладис и Сласта Коврижевска сорвались с места. Но Король Карамель нажал на кнопку, и на капоте его машины возникла пушка. Она стреляла красными шарами из глазури. Это вывело из игры нескольких участниц. Король Карамель быстро оказался вместо пятого места на первом.
Гонщики исчезли из вида, и зрители наблюдали происходящее на огромном экране.
В это время Ванилопа наконец подъехала к линии старта на своей машинке вместе с Ральфом и Феликсом.
– Запомни, – напутствовал Ральф, спрыгивая с машины вместе с Феликсом. – Тебе не нужна победа. Ты просто должна переехать линию финиша – и станешь настоящей гонщицей.
– Я уже настоящая гонщица, – заявила девочка. – Вот увидишь: победа будет моя!
Толпа в ужасе закричала, когда Ванилопа выехала на трассу. Но она даже не обернулась. В мгновение ока она промчалась по начальному участку, уворачиваясь от огромных резиновых шаров, и догнала остальных участников.
– О нет! Глюк! – воскликнула Сласта Коврижевска.
Впереди была гора Шоколадный Торт. Таффита Мармеладис скомандовала:
– Огонь, Кренделиза Айс!
Кренделиза Айс ехала с зажжённой свечой на шлеме. Проезжая по наклонному участку, она зажгла ножки вишен, украшавших Шоколадный Торт. Это были необычные вишни. Это были бомбы в виде вишен! Они взрывались одна за другой, едва не задевая Ванилопу.
Ванилопа старалась полностью сосредоточиться. Она держалась прямо позади группы. Все машинки собирались заехать в гигантскую соломинку.
– Эй, глюк! – позвала Таффита Мармеладис.