— Нет, я не знаю, кто такие Боги. Но одному из них я обязан… — я не успел договорить, как меня прервала Тали
— Они братоубийцы. Чтобы стать Богом люди — только люди становились Богами — должны были убить множество своих собратьев. Они приносили такую жертву Миру, за что он наделял их силой, награждая за верность. А что в итоге? Они забыли, кто они и кому служат! Стали своевольничать и убивать всех без разбору. Забыли, кому они должны служить! — на глазах Тали проступали слёзы. Она уже с трудом говорила, так перехватывало у неё дыхание.
— То есть и Рамако…
— Да, на его руках тоже тысячи жизней. А если он рано или поздно прикажет убить того, кто тебе дорог? Убить твою семью? Пойти против тех, кто был твоей жизнью? — Тали смотрела на меня пронзающим взглядом.
— Я был бы мёртв, если бы Рамако. Или того хуже — рабом у какого-то богача. В своей стране я гоним лишь за свой цвет глаз. Все меня боялись, а кто не боялся — издевались. У меня не было друзей. Но я обрел их и смог остаться с ними благодаря силе Бога Солнца. Разве я могу предать его?
— Я понимаю. Но теперь тебе не нужно будет это всё. Мы можем избавить тебя от его власти. Ты будешь свободен, если поможешь нам. А я… Я помогу тебе, чем смогу — на последней фразе Тали заметно покраснела. Это было легко отличить даже на её красной чешуе.
— Госпожа! Там наверху какой-то незнакомец! Он убил уже полдюжины наших воинов и скоро проникнет в здание! — ворвался в темницу стражник
— Кто это?
— Мы не знаем. Он дерётся невиданным нам образом, а его кожа вся белая с полностью покрытой красными узорами головой.
— Прости, Рамако. — обернулась ко мне Тали. — Мне было очень приятно с тобой говорить, но кто-то мешает нашему с тобой свиданию. Я быстро разберусь с нарушителем и вернусь, а ты меня жди, хорошо? — драконица, как уже стало привычно, мило мне улыбнулась и поспешила к выходу.
Не было сомнений. Это Льстец. Он пришёл меня отсюда вытащить. А значит сидеть без дела у меня нет права. Кандалы были из огнеупорного материала, но я приложил настолько много сил, что кожа на руках сгорела, а кандалы расплавились. Черт возьми, Рамако, не мог сделать мою кожу невосприимчивой к огню? Больно же! Следом за кандалами были расплавлены решетки, а я получил свободу. Косы лежали прямо возле дверей, ведущих наверх, там была и моя одежда. Как всё удачно. Быстро переодевшись, я выбежал из темницы.
Я вошел в довольно богатое здание, но в нём никого не было, а с улицы не прекращались звуки битвы. Черт возьми, Льстец один сражается с толпой драконов? Стоп, он же тоже слуга Рамако, так что неудивительно. Но всё же стоит ему помочь. Не вижу двери, поэтому прыгну в окно — так быстрее. Благо этаж был первый. Отряхнувшись от «мягкого» падения и подняв взгляд, я понял, почему тот стражник говорил так взволновано.
Льстец, который до этого момента представал передо мной в виде зазнавшегося аристократишки, очень отличался от этого образа. Набухшие мышцы рук и ног, на которых неимоверно проступают кровеносные сосуды так, что даже чешуя прогинается. Когти на руках и ногах длиннее обычного раза в два. Вместо привычной одежды, украшенной золотом, на нем надеты странного вида латы, которые уже были испещрены дырами. Шлема не было, и я мог видеть красные, будто налитые кровью, глаза Льстеца. Зубы его были сжаты от боли и издавали соответствующий скрип, который не смягчала даже струящаяся и пенящаяся слюна. Узоры, которые раньше были в основном только возле его «короны» разрослись на весь череп и, казалось, продолжали расти даже сейчас, спускаясь по шее. Хвост разделился надвое, и каждый из них был пронзен кинжалами Льстеца, которыми он в основном и сражался. Это был не дракон… Это больше было похоже на какое-то чудовище. Таков истинный облик Льстеца?
Этот монстр разил других воинов, кромсал их плоть, потрошил уже мёртвые тела. Мне кажется, что он вообще не понимает, что делает. Будто он действительно стал неконтролируемым зверем. Действительно, то, как сражался Льстец, приводило в ужас. Его два хвоста беспорядочно полосали находящихся рядом драконов воткнутыми в себя ножами. Когти на руках стремились отсечь голову или другие конечности оборонявшимся. Но если Льстец напрыгивал на ящера, тому уже точно приходил конец — острые клыки впивались в его шею, выдирая из неё огромный кусок.
— Какого черта ты вышел? — крикнула мне Тали, увидев, как я иду к разбушевавшемуся монстру.