Я открыл глаза посреди зала, в котором проводили ритуал.
— Вы же предупредили, если я умру там — умру и здесь! — воскликнул я, уже распрощавшийся с жизнью в этом мире.
— Да, если не выполнишь испытание. Но ты ведь с ним справился. Да и твои последние мысли перед смертью поразили нас — никаких сожалений, никаких обвинений. Ты будто святой, что читает проповеди и живёт ими. — говорил король, который, видимо, лично наблюдал за ходом испытания. — Ну, как я и обещал, Рамако, теперь наши страны — хорошие друзья и партнёры. А ты отныне почётный гость в этом городе. Тот дом отныне в твоей собственности, а ты можешь приезжать сюда и уезжать отсюда, когда захочешь. — закончил Ангерц, протянув мне маленькую, но увесистую медаль, удостоверяющую мои заслуги перед Доресом. Хотя, заслуг, вроде, и нет
— Я благодарен вам, ваше величество. — я быстро слез с алтаря и преклонил колено.
Вот и вся моя работёнка в Дарегоре. Я ещё неделю пробыл в этом каменном городе, что своими монолитными зданиями, своими жителями и даже своим кристальным воздухом стал так близок моему сердцу. В день, когда мне надо было уезжать, я проснулся слишком рано — солнце ещё даже не думало дарить улицам драконьей столицы свой свет. Я вышел на улицу, где почему-то стояла Тали.
— Ты уезжаешь, да? — боязливо спросила драконица. Её голос дрожал, как и она сама — на улице было на удивление холодно, а Тали и не думала одеться потеплее.
— Да. — немногословно ответил я, подойдя поближе к драконице, чтобы смотреть ей прямо в глаза, которые она от меня прятала.
— То есть всё? Мы больше не увидимся?
— Ну, Льстец едет со мной… Почему бы и тебе не поехать с нами? Твоя компания мне очень мила. — сказал я, рукой приподняв мордочку драконицы, чтобы она не уводила от меня взгляд, и по-доброму улыбнулся ей.
Она не сказала ни слова, а лишь прижалась ко мне. Кажется, она согласна. В моём старом доме для них будет место. Да и Ловир поможет им освоиться в городе, я уверен. В Дарегоре у меня уже было много знакомых, что в армии, что среди гражданских. Все они относились ко мне очень тепло, несмотря на то, что я человек, а не дракон. Что я принадлежу к той расе, которая двадцать два года назад объявила войну, которая вошла в историю, как самая кровопролитная. И всё равно они не испытывают ко мне негатива, или просто не показывают его.
Тали и Льстец оделись в походную одежду. Белочешуйчатый, как обычно, предпочел убранство, богато украшенное златом, а вот драконица выбрала наряд поскромнее. Ангерц напоследок сделал мне ещё один подарок — мифриловая кольчуга. Металл этот крайне дорог и встречается в больших количествах лишь в пещерах гномов. Он очень лёгкий, но невероятно прочный. Такой подарок обошелся бы ему в круглую сумму, не будь он королём.
У ворот нам выделили повозку и кучера. Уезжать очень не хотелось, но надо было возвращаться домой. Меня там ждут. Мы ехали размеренно, заезжая в города и деревни на ночлег. В дороге опять болтали о всякой всячине, играли в карты и прочие игры, чтобы скоротать время. За неделю мы доехали до Вальсерна.
Я слез с повозки и подошел к воротам. Как только стражники услышали моё имя, моя голова ощутила сильный удар. Что чёрт возьми происходит? Я проснулся в сырой темнице, которая была гораздо хуже той, в которую меня заперла Тали. В соседних камерах были они с Льстецом
— Что, мать твою, происходит? — спросил я у стоявшего рядом стражника.
— Вас подозревают в заговоре и организации покушения на её высочество леди Тенору. — ответил он.
— Ты хоть понимаешь, как это звучит, идиот? Какой мне прок совершать не неё покушение, если я её рыцарь… СТОП?! КАКОЕ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ПОКУШЕНИЕ?! — заорал я.