Мы пробирались на запад, уничтожая каждую деревню, каждый город, каждую заставу или форт на своём пути. Вальсерн за моей спиной — выжженная моими стопами и клинками пустошь, в удобренная пеплом людей, их домов и их хозяйств. Как будто пассивным даром мантры или милостью моего Бога, я чувствовал живых людей. И за моей спиной ни одного не осталось. Даже хвалёные Клинки не смогли меня остановить — они не способны были подойти ко мне достаточно близко, так силён был жар, исходящий от моих клинков и моей крови. Так сильна моя ненависть к этой сгнившей стране! К этому безмозглому стаду идиотов, решивших найти себе врага в лице Бога и его верного Глашатая! Они поплатятся!
Я попросил Льстеца и Тали остаться в трёх милях от Вальсерна. Этот город я хочу уничтожить сам. В качестве платы за наш позор. В качестве извинения перед моими друзьями, что впутал их в этом. В качестве моей сладкой мести. У ворот меня встретил самый лучший судья в мире — Артур. Он хотел что-то сказать, но я не дал ему времени, начав орать:
— Пора бы мне получить свободу! Помнишь, если я тебя одолею стану свободен! Считай, что это всё — вызов этой чёртовой стране, которая посмела оскорбить меня. Я служил королю верой и правдой. Всегда защищал королевскую семью, а в частности — Тенору! А когда этот идиот отправил меня на черт знает сколько в Дарегор и на его дочурку напали, потому что он не смог выделить ей нормального рыцаря, то виноват я! Просто замечательно! А ты? Ты даже не пошевелил своими тупыми мозгами? Ты серьезно поверил, что я настолько идиот, чтобы убить человека, который дал мне буквально всё? — закончив орать и оголив косы я рванул на Артура.
— Тебя вообще хотели казнить! Это я вымолвил для тебя каторгу!
— Артур сражался своим двуручным мечом, пытаясь что-то говорить.
— Да лучше бы я сдох! Тогда бы тебе не пришлось сражаться с монстром, которого твоя страна родила!
Надо отдать должное, Артур сражался великолепно — он успевал своим двуручным мечом отбивать удары моих кос и даже иногда переходить в атаку. Заметив, что так ему не победить, он сделал несколько рывков в сторону, отойдя от меня на приличное расстояние, и, вонзив меч в землю, разделил его на два. Ах, да! Я наслышан, что меч Артура — гномий механизм, но не думал, что он просто раскладывается на два. Град ударов обрушивался то на меня, то на Артура. Звон метала был слышен на сотни верст окрест. «Мантра третья. Огненные мечи» — произнес Артур и его клинки покрылись огнём. Наконец-то он решил драться серьёзно. Только для такого фокуса мне мантры не нужны, я быстро окропил косы собственной кровью, вызвав тёмно-фиолетовое пламя, которое было в два, а то и в три раза сильнее мантры первого рыцаря Вальсерна. Я нанес ему пару мелких ран — я уже победил, осталось выиграть время. «Мантра вторая. Лечение». Ах ты ж! Что у него там ещё? Регенерация и каменная покров. Последнюю никто не знает.
Мы дрались уже несколько минут. Я выманил у Артура ещё две мантры. Пришло время для моих. «Мантра вторая! Драконье сердце!». Моя кожа стала покрываться чешуёй, сзади я начал ощущать хвост, глаза стали видеть чётче, а руки — разить сильнее. «Драконье сердце» на несколько минут делает из заклинателя дракона — со всеми вытекающими бонусами. Артур тоже решил использовать свой козырь: «Мантра пятая. Клинки Ночи.» Его мечи резко покрылись тёмной материй, что это означает — проверять не хочу.
Он стал сражаться быстрее, но я ему не уступлю! У меня нет пути назад! Только вперёд! За Льстеца! За Рамако! И за Тали! Я причин ему две довольно глубокие раны — вылечить их он уже не сможет. Он, правда, тоже пару раз задел меня. Клинки Ночи создают некоторый шлейф возле оружия, который тоже наносит урон. Но за каждую рану, причинённую мне, он дорого платит, ведьм моя кровь горит не в переносном смысле, капли этой жидкости обжигают Артура, попадая на его кожу, и эти раны тоже горят! Спустя три минуты первый рыцарь Вальсерна пал.
— Смотри, что за воина ты создал! Выковал его из ненависти, презрения и отвращения к людям. Доволен? Ты, мать твою, доволен своим приговором? Так умри же! — я отстегнул голову уже не способного сражаться Артура от его тела. Больше мне никто не помешает. Голова первого рыцаря сгорела в моей руке, как и его труп.
Я прошел сквозь врата Вальсерна. «Кричите, жители Вальсерна! Стоните и молите о пощаде! Святоши, молите своих Богов! Молите, чтобы приняли ваши души, ведь вас уже ничто не спасёт!» — кричал я, выжигая каменные мостовые. Люди были в ловушке у исполинских стен Вальсерна — в этом городе даже не было подземного туннеля из замка на случай осады — я провел в нём десять лет, я знаю. Все думали, что Артур меня остановит, поэтому не стали бежать, цепляясь за свои пожитки, которые им на том свете не пригодятся. Я убил всех людей в городе, остались только вельможи, засевшие в замке — они станут последними жителями Вальсерна.