Отложив вопросы до лучших времен, гархту с сомнением покачала головой:
- Мы не сможем найти корабль. К тому же деньгами вы и так успели пошвыряться от души. Шестикратового Юку никто на борт не пустит. Кстати, где он?
Одор отмахнулся от последнего вопроса, запуская руку во внутренний карман гетоны. Сунув гоблинке тяжелый пергаментный пакетик, он огласил последние новости:
- Ты поплывешь одна. Здесь, - он похлопал по конверту, - двадцать готлемов. За такую сумму тебя не только доставят в Нортрок, но и предложат прогулку с гидом по городу. Вообще, все сразу не выкладывай. Если удастся сберечь сколько-то монет - то сбереги их, будь добра. И, очень тебя прошу, удержись от поиска неприятностей на корабле. Веди себя смирно - и на тебя, малявку, никто не обратит внимания. Кстати - очень удачно приспособила шаль. Молодец.
Пока Одор говорил, глаза Раштан становились все шире. Стоило только случиться короткой паузе в потоке слов, как гоблинку прорвало:
- Мастер, вы о чем толкуете?! Как - одна поплыву? А вы двое куда же? Мне без вас эти горы на шиш не сдались. Что я там забыла?!
- Стоп. Таша, рот закрой и послушай, - перебил мужчина. - Мы тоже поплывем, оставаясь при этом за Тканью. Так проще и безопаснее.
- За какой еще "тканью"? Мастер, я ничего не понимаю.
- Мы этого пока не проходили. Давай отложим урок на потом. Просто прими все, как есть. Юка свободно перемещается во внешних слоях измерения. Вплоть до междумирья.
- Юка может выходить в "прослойку"?!
- Да, Таша. Может.
- Не хило.
- Именно, - Одор усмехнулся, и в серых глазах взметнулись теплые искорки. - В общем, плывем втроем, но видят только тебя.
- Мастер, - тревожно протянула гархту, - а вы уверены, что хоть один капитан примет на борт шпану вроде меня, даже если я потрясу у него перед носом этим конвертом?... Тем более, если потрясу, - добавила она мрачно.
- Ты не шпана. Ты...
- Ага. Леди, - прозвучало более чем кисло.
- ...молодая девушка, разыскивающая старшего брата. Мать тяжело больна, вы бедны, а брат связался с нехорошими ребятами. Соседи видели, как он садился на корабль, плывущий в Нортрок.
Быстро прожевав легенду, Раштан задала меткий вопрос:
- Кто же такова моя мать, и кто таков мой брат, если я - гоблинское отродье?
- Здесь тебе почти не придется лгать, - тихо обронил Одор, внимательно следя за переменами на лице гархту.
- Что вы имеете в виду? - Раштан смотрела настороженно, с долей угрозы - и гальт видел по ее глазам, что она прекрасно поняла смысл сказанного.
- Объяснять придется, только если тебя спросят, - попытался он успокоить гархту.
- Пусть только попробуют спросить.
- Никаких провокаций, Таша. Никаких приключений на голову. Ясно?
Гоблинка смотрела волком.
- Таша...
- Ясно, мастер.
Вместе со вздохом напряжение во взглядах улетучилось.
Одор покрутил головой, осматривая улицу. Народ сновал туда и обратно, со стороны набережной несло рыбой и горячей смолой, а с крыши на крышу порхали вечно голодные чайки, присматриваясь к лоткам со свежим уловом.
- Теперь кровь.
- Обожаю резать себя, - проворчала гархту, закатывая рукав.
- Не ной. Мне хватит прокола на пальце.
В руке Одора мелькнул миниатюрный инструмент, напоминавший шило. Не успела Раштан моргнуть, как на безымянном пальце набухла темная капля, которую тут же промокнули носовым платком.
- Погодите, - гоблинка подозрительно прищурилась, проводив взглядом исчезнувшую в кармане учителя "протыкалку". - Это, случаем, не... мои отмычки?!
- Очень полезный набор, - пожал плечами гальт.
У Раштан просто не нашлось слов. Пока она хватала ртом воздух, набираясь наглости, чтобы потребовать назад весь чехол с профессиональными кривульками и рогульками, Одор выудил из воздуха сумку.
- Это тебе. Путешествующие налегке внушают подозрения.
- Спа... сибо..
Кода гоблинка выдохнула вторую часть слова, гальта уже и след простыл. Если бы не держала в руках полученные от учителя вещи, то решила бы, что его вовсе тут не было.
Упрятав сверток с монетами за пазуху и подкинув котомку на плече, Раштан угрюмо поплелась к набережной.
* * *
Пинком ноги сумка в два счета оказалась пристроена под скамьей в пустующей корабельной кладовке, где для Таши отвели место. Сверху на скамью плюхнулась сама гархту. Она до сих пор не отделалась от изумления по поводу того, с какой легкостью ей удалось попасть на этом новехонький, до сих пор пахнувший свежей краской шлюп. Молодой, но страшно важный капитан выслушал скомканную историю "младшей сестры", протянул руку, с видом знатока пощупав шаль, и заявил, что подбросит малявку до Нортрока бесплатно. Гоблинка от души порадовалась, что за платком не видно было, как у нее отвалилась челюсть. Определенно, слезливые побасенки иногда срабатывают. Особенно если рядом с вами на поводке не сидит никто, напоминающий бескрылого дракона. Поняв, что сберегла гораздо больше, чем "сколько-то монет", о которых говорил Одор, Раштан справедливо предположила, что учитель не рассвирепеет, если она пройдется по лоткам со всякими рыбными вкусностями. К тому же это было бы вполне разумно - запастись едой на время плавания. Вряд ли капитан, не смотря на все свое добродушие, собирался ее кормить.
Сейчас, сытая и довольная, помня о свертке с едой, лежавшем в сумке, гархту развалилась на скамейке и позволила тревоге заглянуть к себе в душу одним глазком. Попал ли мастер вместе с Юкой на корабль, разобрался ли он с Арканом, и о каких таких гончих он говорил? Почему-то сама мысль о том, что по ее следам идут не маги - дяденьки в развевающихся одеждах и с серебристыми бородами - а какой-то дикий гон, приводила Раштан в беспокойство. С магами можно поговорить, а вот с гончими... Кто они вообще? Собаки, натасканные на людей, или что похуже?
Гархту все еще полагала, что сможет оправдаться перед чародеями за сломанные замки. В конце концов, они с учителем ничего не унесли из катакомб. Кроме Юки, конечно. И тут она вспомнила железную шкатулку с рукописью, которую обнаружил под плитой пола Одор. Ее мастер тоже прихватил с собой. Неужели это в ней все дело? Учитель так ничего и не рассказал гоблинке о пачке листов, приведшей его самого в состояние на грани восторженного помешательства. Значит ли это, что исчезновение шкатулки могло привести магов в состояние на грани неконтролируемого бешенства?
"Они точно потащатся за нами до самых гор. Проблема уже поступила, мастер. Пора решать".
- Тесновато, - отметил Одор, в три шага пройдя от одной стены к другой.
- Ой! - гоблинка чуть не загремела на пол от неожиданности.
- Таша, ты умница. Я тобой горжусь. Давай обратно конверт.
Перед носом гоблинки зависла раскрытая ладонь.
Та запыхтела, принимая сидячее положение, и полезла под скамью за сумкой. Мельком заглянув внутрь, пока Раштан откапывала деньги, гальт непонимающе нахмурился.
- Откуда апельсины?
- А?
- Апельсины.
- Что это?
- Это вон те оранжевые фрукты в твоей сумке.
- А, - гоблинка смутившись затянула ремешки и вложила в протянутую ладонь конверт. - Это я попробовать захотела. Красивые и пахнут одуренно.
- Сколько?
- Два.
- Два готлема?!
- За все, мастер! Тут еще рыбы и хлеба на неделю. Мне.
Плечи Одора поникли.
- То есть, тут, - он потряс конвертом, - еще восемнадцать?
- Пятнадцать.
Гальт молча ждал продолжения.
- Штаны себе прикупила. Теплые. Мы же в горы идем, а я в этих, - Раштан свела и развела голые коленки. Видавшие виды бриджи были и впрямь коротки.
- Ясно, - сдался Одор. - В следующий раз на шаг от тебя не отойду.
- То есть теплая одежда мне не полагается? - вскинулась гархту.
- Малыш, это удивительно, но ты вообще не разбираешься в ценах. Три готлема за штаны - до-ро-го. Готлем - это сто гем. Гема - сто грошей. За восемьдесят пять грошей можно булку хлеба купить!