- Ладно болтаешь, да только забываешься. Не тебе решать. Руководство у нас не менялось.
Н'Карн вонзил взгляд в говорившего, но тут же взял себя в руки и процедил:
- Это мысли вслух. Я прекрасно знаю, кто будет решать. Мы идем к Н`Ауберну с отчетом.
- По вашим словам выходит, что потеря крепости Седьмого Звена лишь вопрос времени.
- Это был "небесный огонь", значит, маг опустошен. То, что они прибегли к подобным мерам, говорит само за себя - иного выбора не оставалось, крепость уже находилась на грани падения...
- И если атака продолжится, блокпост будет преодолен, - герцог Тонад-Лередикт Н`Ауберн смотрел не мигая за спины стоявших перед ним братьев Н`Карн. Справа от кресла, в котором он сидел, полыхали в закопченной жаровне угли. Рыжая шевелюра герцогских волос и такого же цвета пышные бакенбарды отливали кровью в свете огня.
- Так и будет, ваше превосходительство, если не принять меры.
Взгляд Н`Ауберна впился в Теарана, мгновенно потеряв мнимую отрешенность.
- Надо понимать, вы уже определили, какого рода меры должны быть мною приняты? - вкрадчивый голос обернулся удавкой вокруг шеи старшего Н`Карна. Доаран невольно протянул к брату руку, предостерегая.
- Я никак не вправе решать, что должно делать Вашему Превосходительству.
- Но?... Ведь мне не послышалось в вашей интонации одно недосказанное "но"?
Теаран выдержал минуту молчания с каменным лицом.
- Что ж, - слова герцога срывались в тишину каплями кислоты. Казалось, коснись они пола, разъели бы сам камень. - Я опасался, что после разжалования вас в солдаты, вы окончательно отобьетесь от рук, так как мой титул вас, очевидно, не впечатляет, а пригрозить мне вам станет нечем - падать ниже уже некуда, и сечь я вас, как вы понимаете, не стал бы...
Доарана прошиб холодный пот, когда он увидел, как у брата побелели костяшки пальцев - так сильно он сжал кулаки. Оставалось только молить всех богов, чтобы герцогу, наконец, наскучило глумиться. К счастью, Небо не оказалось глухо к мольбам - Н'Ауберн моргнул и повернулся к молчавшему до сих пор человеку, что сидел по левую от него руку за столом, заваленным рулонами карт и всяческим канцелярским хламом.
- Арг с дружиной сейчас в двенадцатой крепости, если не ошибаюсь?
- Так точно, Ваше Превосходительство, - человечек поднял голову от изучаемого им во время отчета документа. Сухонькой ручкой он поправил на носу пенсне и замер в ожидании дальнейших вопросов.
Внешность Роарта Н`Олла оставляла о нем ошибочное впечатление. "Всего лишь хилый близорукий писарь", - так выразился однажды феодал из провинции в присутствии двора, не дав себе при этом труда заранее осведомиться, кто есть кто, и попал в неприятное положение. Что касается самого Н`Олла, эта непредвзятая оценка, казалось, не произвела на него никакого впечатления. Может, так оно и было. Еще юношей Роарт был не прост - человек острого ума с цепким взглядом и не менее цепкой памятью. По роду занятий он был картографом, по должности - главным тактиком и советником генерала императорской армии герцога Н`Ауберна.
Получив ответ на вопрос, герцог на несколько кратких мгновений задумался, выбил пальцами дробь по столу и глянул исподлобья на стоящих по струнке братьев.
- Отчетники еще есть?
- Да. С восточного и северного краеугольного бастионов.
- Будете выходить, пригласите сразу всех. Хочу послушать, что скажут.
- Так точно, Ваше Превосходительство!
- Свободны.
Удар каблуков, разворот, три шага нога в ногу до двери... какая-то возня...
Лицо герцога медленно осунулось и посерело. Картограф опустил глаза к своим записям.
Два широких порывистых шага - и голос неугомонного виконта:
- Нельзя тратить время на отчеты! Эти, за дверью, в любом случае ничего нового не скажут! Нужно немедленно атаковать, отвлечь внимание Лесных на остальные крепости, растянуть их силы по всей цепи.
Последнее слово грянуло о мертвую тишину, как об стену. Слышно было только сбитое дыхание Теарана. Н`Олл еле заметно покачал головой. Младший Н`Карн, уже тянувшийся к ручке двери, теперь медленно, как во сне, развернулся с таким выражением лица, словно у него резко разболелся зуб.
Герцог Тонад-Лередикт Н`Ауберн, генерал императорской армии, сверлил глазами дыры в сыне графа Н`Карна Юррского, как в куске пахучего сыра. На жаровне что-то треснуло, и пара искр взметнулась к потолку - вместе с ними взлетела рука герцога и с оглушающим грохотом рубанула по столешнице.
- Довольно!!! Что за манеры! Балаган! Вы сами вынудили меня на откровенность, так потом не обессудьте! - его голос перешел в угрожающий рык. Тихо, так чтобы слышали только присутствующие в комнате, он начал:
- Все прослушанные мною до вашего отчеты, оставались просто отчетами, констатацией фактов. Лишь у вас замечаю я необъяснимую потребность снабжать их собственными соображениями, хотя вас никто и не спрашивает. Вы родились сыном графа, закончили офицерскую академию - и теперь мните себя вправе давать рекомендации вышестоящему руководству? Неужели вы искренне считаете, что светлые мысли, подобные вашим, других голов не посещают? И это гениальное решение об одновременной атаке с отвлекающей целью не пришло мне на ум, как только вы открыли рот для своего отчета?! Так вот я вам доложу, что решение это хорошо само по себе, но оно гроша медного не будет стоить, если неправильно претворить его в жизнь. Нападение не принесет пользы, если вместе с нами не выступит как минимум большая часть гарнизонов из цепи Заграждения. Чтобы такую массовую атаку обеспечить, следует приложить некие усилия помимо горлодерства в моем кабинете.
Теаран краснел и бледнел. Губы его сжались в узкую почти белую линию. Н`Ауберн тем временем и не думал заканчивать.
- Прежде чем прыгать в стог сена, убедитесь, что в нем не торчат вилы. Если бы Император был в шестой или в нашей, восьмой, крепости - он бы уже организовал подмогу, а это, знаете ли, Алая дружина и пятеро верховных магов Коалиции. И вот - ваша жертва уже не нужна! Небесный Огонь, что вы видели - это ведь могло быть и работой императорского отряда. Да, это не так - ведь Арг сейчас в двенадцатой цитадели, и подоспеть на помощь он не мог. Но вам-то это не было известно, тем не менее, вариант с Алой дружиной вы даже не рассмотрели! Я уже шесть месяцев пытаюсь усмирить вашу гордыню и иносказательно донести до вас нашими бесконечными разговорами, что решения, которые вы постоянно пытаетесь мне навязать, не безупречны. А ваша реакция на мои приказы и обсуждение их в казарме для меня давно не тайна. Если рветесь наверх, вы должны хотя бы меня сначала убедить в том, что этого достойны! Ваши методы убеждения пока оставляют желать лучшего. Это все.
Н`Ауберн с грохотом отодвинул кресло и резко встал, отворачиваясь от двери к жаровне. Рука его потянулась за небольшой кочергой, но ворошить угли он решился не сразу - дрожь пробирала все тело. Он с облегчением выдохнул, когда дверь, наконец, скрипнула и затворилась.
Оставшиеся солдаты из дневного караула попытались сунуться с отчетом, но тут же безмолвно ретировались, отреагировав на знак советника.
- Ох, эти сыновья богатых родителей, еще и с правом наследования... Ты этих двоих видел? - у обоих на лицах все написано. Каждая эмоция, малейшая реакция на мои слова. Катастрофа! И такие сущие дети еще хотят в генералы, в маршалы! Самодисциплина и самоконтроль - а уж потом управление подчиненными. И никак не наоборот.
- Я наблюдал их во время последнего сражения - должен отметить, они бросаются на врага с пылом не меньшим, чем мы имели удовольствие только что лицезреть.
- И это удерживает меня от того, чтобы отослать старшего к жоровой матери обратно в Юрр. Они отчаянные парни, а рассудительность и политическая хитрость, надеюсь, еще придут вместе с опытом, который они тут с нами двумя живота не жалея накапливают, - Н`Ауберн беззвучно хохотнул. - Нет, ну эти дебаты с Теараном... Можно уже мемуары строчить.