Лилли очень заинтересовалась той перевязью, что привезла на ранчо Анна Мария, и это не заняло много времени, чтобы она сделала такую для неё. Аннабель не могла дождаться, чтобы увидеть выражение лица Лили, когда та увидит Лорен, Анну Марию, Аннабель и Лилли, использующих перевязи для своих детей. Возможно, она сделает какой-нибудь комментарий о «современных девушках» или что-нибудь в таком роде.
Так что, оставив Лилли на кухне с Хуаном Карлосом, Анну Марию, прибирающуюся в большом доме, и Лорен, наблюдающую за малышами на заднем дворе, Аннабель вынесла свою маслобойку и ведро со сливками из холодного подвала. Лили присоединилась к ним на кухне, выглядя совсем не к месту.
- Мама Лили, я собираюсь взбить масло на парадном крыльце. Хотели бы вы присоединиться ко мне? Там прекрасно: тень и замечательный вид.
Лили улыбнулась её предложению и принесла свою сумку с вещами для вышивания, чтобы тоже поработать. Аннабель расстелила на крыльце одеяло и поверх тюфяк, чтобы уложить туда Джой и позволить ей пинаться и лепетать, как она хочет, пока её мать работает. Это был прекрасный день. Небо было ясно-голубое, горы же являлись серыми гигантами, а деревья, окружающие их, были глубокого зелёного цвета. Аннабель могла видеть сверкающую под солнцем реку и слышать мычание стада, которое было согнано в долину для предстоящего перегона.
- Здесь довольно красиво, - прокомментировала Лили.
- В хорошие дни это моё любимое место для работы.
Аннабель поставила свою старомодную маслобойку и в мечтах хотела бы однажды поменять ее на современную, которая требовала бы только поворачивания рычага для работы. Это было гораздо легче и делало масло намного быстрее, чем её модель.
Женщине нужно было поднимать и опускать давилку продолжительный период времени, пока пахта не отделится от сливок, и не образуется сладкое масло. У Аннабель были коровы породы гернси, которые производили богатейшее молоко, по её мнению, и она верила, что у неё было лучшее масло. Пока маслобойка доставляла ей такие хлопоты, масло было той вещью, которой она гордилась. Аннабель удовлетворённо улыбалась, переливая сливки в бочку и устанавливая давилку в дыру в крышке. Эта партия была для готовки, так что она не стала добавлять соль. Из-за этого масло нельзя будет долго хранить, но женщина была уверена, что Хуан Карлос в любом случае использует его быстрее, чем она будет его взбивать.
Аннабель села на свою трёхногую табуретку и начала взбивать – вверх, вниз, вверх, вниз, вверх, вниз – она не могла делать практически ничего до конца работы.
- Как долго ты должна делать это, Аннабель?
- О, на самом деле, по-разному; обычно около получаса. Хотя это кажется вечностью. Я просто позволяю моим мыслям развлекать меня. Я рада, что вы здесь, мы можем поговорить, если вы хотите.
- Конечно, я хочу. Я должна узнать девушку, которой покорён мой старший сын. – Она улыбнулась.
- Генри покорён мной?
- Это то, что он сказал нам прошлой ночью.
- Это приятно слышать. – Он не был особо покорён ею этим утром, когда их занятие любовью оказалось прервано, подумала она.
Вверх, вниз, вверх, вниз – взбивала она. С тех пор, как Генри научил её ублажать его руками, её мысли обычно переходили к их интимному времяпрепровождению, пока она взбивала масло. Аннабель могла возбудиться в достаточной степени, напряжённо думая об этом, но она никогда не говорила об этом Генри, чтобы он не посчитал её развратной. А сейчас, когда она разговаривала со своей свекровью, было определённо не время думать об этом.
- И все же, как вы двое познакомились? – спросила Лили.
Конечно, миссис Аллен уже слышала о том, как это произошло. Аннабель предположила, что она хочет услышать это из её уст.
- Мы познакомились через переписку.
- И как вы обменялись адресами для переписки?
- Я прочитала поэзию, что Генри написал, и это вдохновило меня написать ему. – Это оказалось достаточно правдиво. Ей не нужно было упоминать о том, что она прочитала упомянутую поэзию в объявлении, которое Генри разместил когда-то в газете.
- Поэзия? Генри пишет стихи?
Аннабель хихикнула.
- Он никогда не признается в этом, но для меня это звучало, как стихи, поэтому и подстегнуло мой интерес. Мы начали обмениваться письмами и оба обнаружили, что интерес вскоре перешёл в уважение, а затем уважение переросло в восхищение. День, когда он написал мне с просьбой присоединиться к нему в Колорадо, стал счастливейшим днём в моей жизни.
- Это звучит так романтично.
- Это было романтично. Когда я обнаружила, что мужчина воплоти оказался намного лучше, чем любые скромные слова, которыми он описывал себя, я знала, что рука Бога свела нас. Мы так счастливы вместе, мама Лили. – Аннабель надеялась, что упоминание божественного вмешательства немного смягчит её свекровь в отношении из нестандартных ухаживаний, ведь кто может отрицать Божью помощь?
- Но вы поженились так быстро.
- Генри был обеспокоен тем, что моя репутация может быть запятнана. Когда мы встретились, то поняли, что нет причин медлить, поэтому поженились после моего прибытия.
- Генри всегда был импульсивным.
Аннабель улыбнулась, думая о тех днях и о том, каким импульсивным был Генри, когда учил её правильно любить его. Вверх, вниз, вверх, вниз. Аннабель вздохнула. Холодная вода в умывальнике этим утром помогла, но не слишком. Сейчас она чувствовала себя почти так же, как когда их прервала Джой.
Женщина снова вздохнула. Она могла чувствовать, как затвердевает масло. Вверх, вниз, вверх, вниз. О, как это напоминало ей о той ночи.
- Как Вы и мистер Оскар познакомились? – Аннабель нужно было сменить тему.
- Я слышала о Оскаре годы перед своим дебютом. Он был самым желанным холостяком в Чикаго, и я была наполовину влюблена в него с тех пор, когда мне исполнилось четырнадцать. Ты видела его сейчас, и он всё ещё привлекателен. – Лили вздохнула. – В те дни он был греческим богом – настолько потрясающим. Хотя он никогда не замечал меня до вечера моего дебюта. Полагаю, я выросла, и мои платья стали более элегантными. Он дважды приглашал меня танцевать, одним из этих танцев был вальс! – Лили почти хихикала, но сдерживалась. – Я знала, как вести себя с ним – с добротой, но не уделяя ему больше внимания, чем остальным мужчинам. Моя мать была экспертом в таких вопросах, и я с точностью следовала её советам. На следующее утро он прислал мне прекрасный букет олеандров и розовых роз! Мама и я посмотрели их значение и были в восторге. Олеандр означает красоту и грацию, а розовая роза говорит о любви и искренности***. Я с трудом могла поверить в это. – Лили счастливо вздохнула, вспоминая. – Я пошла к отцу и попросила его согласиться на любое предложение, что сделает мистер Аллен, в пределах разумного, конечно. Момент, когда Оскар попросил моей руки, был лишь вопросом времени.
Аннабель улыбнулась, просто представив эту сцену.
- Звучит так, что вы оба были довольны этим.
- Мы были, Аннабель. Мы всегда были довольны этим.
Аннабель вспомнила, как впервые увидела Генри. Он выглядел греческим богом для неё и будил в ней интенсивные и незнакомые для неё чувства. Сейчас она точно знала, что это было за чувство – плотское желание. Вверх, вниз. Вверх, вниз. Внутрь, наружу. Внутрь, наружу. Глаза Аннабель расширились, когда она осознала, что проговаривала слова в голове. Ей нужно держать себя в руках или провести некоторое время наедине со своим мужем, чтобы их не прерывали, и как можно скорее. Она никогда не думала, что может быть такой похотливой девицей. Аннабель была бы смущена, если бы не оказалась в таком отчаянии.
Внутрь, наружу. Внутрь, наружу. Внутрь, наружу.