Джой была в перевязи Аннабель, пока та собирала яйца. Аннабель была очень рада тому, что курицы неслись так хорошо и что петух, который «заправлял курятником» был не таким вздорным как тот, который был у неё в Вирджинии. Она могла войти и выйти из курятника в течение четверти часа без опасения, что на неё из засады нападёт пернатый демон с острым клювом и ещё более острыми когтями. Аннабель гадала, как жена её брата Джесси справляется с этим. Её бы не удивило, если Джесси свернула ему шею и подала на своём следующем ужине с запеченными горшочками.
Улыбаясь своим мыслям, она напевала. В общем, фермерство в этом году дало вдвое больше продукции, чем в прошлом. У них было даже больше, чем они могли потребить. Что она будет делать с избытком? У неё была идея, которая, как она думала, принесёт прибыль ферме, но не была уверена, как воспримет её Генри.
- Что ты думаешь, радость моя? – спросила Аннабель дочь, которая смотрела на мать. Аннабель смотрела, как всё лицо Джой расплывается в сияющей улыбке. Она была действительно милым ребёнком.
- Ты думаешь, твой папа одобрит мою идею?
Джой издала булькающий звук.
- Да. Ему бы понравилось это больше, если бы ты предложила ему это. Очень плохо, что ты ещё не умеешь говорить, по крайней мере, так, чтобы тебя понимали.
Аннабель наполнила свежей водой поилку для птиц и закрыла дверь клетки. Она наблюдала, как курицы возились в грязи, с нежной улыбкой на лице. Девушка посмотрела, как много яиц можно продать в городской магазин. Она пошла в садовый сарай за лейкой, обдумывая свою идею. Возможно, сейчас не лучшее время, чтобы поднимать этот вопрос. Генри был загружен делами ранчо. Она знала, что их финансы были не так хороши, как надеялся Генри, но у них было много непредвиденных расходов, и дополнительное давление из-за визита его родителей выводило его из равновесия.
Аннабель прошла к малине, которая плодоносила. Она посадила её в прошлом году и была удивлена, как быстро та выросла. Малина находилась в защищённом углу двора, получая много солнца и разрастаясь. Аннабель начала собирать спелые ягоды и сильнее задумалась о своём муже.
После их свидания на поляне днём ранее Генри немного приободрился, но после ужина, когда поднялся в свой кабинет, чтобы поработать с бухгалтерскими книгами, Аннабель заметила то же мрачное выражение лица, которое у него было, когда он в прошлый раз заходил в кабинет перед разговором со своим отцом. Генри был обеспокоен.
Он должен был приготовить всё для перегона скота на рынок к концу недели. Хуан Карлос уже сложил провизию для походной кухни, и скот был почти рассортирован для перегона. Всё, что им нужно было сделать, это отправиться в путь, но сам Генри был не совсем готов. Он должен решить, иметь ли дело с деньгами кредиторов или нет.
Остальные члены семьи ушли вниз к костру для ковбойских развлечений, но Генри остался наверху в кабинете. Аннабель решила тоже остаться в доме. Она хотела быть рядом, если Генри будет нуждаться в ней.
Она приготовила Джой ко сну и укачала её довольно быстро.
После этого девушка бродила по гостиной, ничего не делая. Она не хотела идти в кабинет и беспокоить Генри, а книга, которую она читала, не привлекала её сейчас. Не стоило переводить масло в лампе, чтобы просто успокоить себя.
Аннабель вздохнула и с тоской посмотрела на дверь в кабинет, наполовину уверенная в том, что ей стоит рискнуть войти, когда её взгляд привлекло недавно настроенное фортепьяно. Как она могла забыть об этом! Со всеми этими делами, касающимися отца Генри, и беспокойством об их ситуации с деньгами, это ушло из её мыслей.
Аннабель медленно приблизилась к поблёскивающему инструменту, села на скамью и аккуратно подняла крышку. Клавиши цвета слоновой кости отражали свет лампы, дразня её прикоснуться к ним. Она медленно подняла палец и аккуратно нажала одну из белых клавиш. Мягкий, мелодичный звук разнёсся по комнате. Затем она подняла другую руку и нажала одну из чёрных клавиш. Этот звук не очень сочетался со звуком белой клавиши, но это звучало достаточно хорошо. Девушка удовлетворённо улыбнулась.