Аннабель вспомнила, как, когда она была маленькой девочкой, её мать брала её с собой навестить жену пастора, у которой в гостиной стояло пианино. Однажды, когда леди была в хорошем настроении, то показала Аннабелье кое-что, что она могла сыграть самостоятельно, коротенькую глупую песенку, называющуюся «Мисс Лиди», которая игралась двумя пальцами и только на чёрных клавишах.
Аннабель аккуратно положила левый указательный палец на клавишу – она не знала названия нот, – а правый указательный палец на другую. Затем мягким голосом она начала петь песенку, пока чередовала нажатия левой руки, которая оставалась на одной клавише, и правой, которая продвигалась по чёрным клавишам.
- Мисс Лиди в своей нижней юбке, Мисс Лиди в своём платье. Мисс Лиди в своих панталонах пошла маршировать по городу.
Аннабель не смогла сдержать смех. Это была неприличная песенка для того, чтобы жена пастора учила ей маленькую девочку, но Аннабель никогда её не забудет.
Она начала играть и петь снова.
- Мисс Лиди в своей нижней юбке… - Вдруг две руки окружили её и начали подыгрывать её детской мелодии.
Она подпрыгнула.
- О, Генри. Я не хотела беспокоить тебя.
Он сел позади неё, окружая своим телом, и уткнулся носом в волосы жены. Он смотрел поверх её плеч на клавиатуру.
- Я не знал, что ты играешь, Аннабель.
- Боюсь, ты только что услышал степень моих навыков, Генри. На самом деле, я вообще не умею играть.
- Я могу научить тебя.
- Можешь? – Аннабель была взволнована.
- Да. Конечно. Мы можем начать прямо сейчас. – Он подтянул её тело поближе к своему. – Всё, что идёт ниже этой ноты, это басовый ключ. – Его дыхание щекотало тонкие волоски на её шее, пока он передвигал руки вниз по клавиатуре так, что Аннабель была обхвачена ими точно так, как Генри и хотел.
- А всё, что выше – скрипичный ключ. – Его пальцы изящно скользили вверх по клавиатуре, и Аннабель всё ещё была обхвачена, но они двигались в другую сторону.
Аннабель хихикнула.
- Генри, я уверена, тебе было бы проще играть, если бы я освободила место, где сижу.
- Нет. Думаю, ты вдохновляешь меня на лучшую игру с этого самого места. Это могло бы стать интересным способом играть дуэты. – Он прижался к нижней части её тела и начал играть связку аккордов, двигаясь от мажора к минору, сопровождая это поцелуями в её шею.
Аннабель вздохнула и откинулась назад, прижимаясь ближе к нему.
- О, Генри. Я бы действительно хотела услышать, как ты играешь что-нибудь.
- Прошло много времени, Аннабель.
- Кажется, твои пальцы достаточно легко справляются прямо сейчас.
- О, но я играл простые аккорды. Практические упражнения. Ничего сложного.
- Ты можешь сыграть мне только одну песню? Пожалуйста?
- Я сыграю, если ты сядешь рядом со мной.
Аннабель села на скамейку рядом с ним.
- Что бы ты хотела услышать?
- Какую-нибудь колыбельную? Джой спит в соседней комнате.
- А. – Генри начал играть простую, но прекрасную мелодию. Аннабель не узнала её.
- Это очень красиво, Генри.
Не прекращая играть, он спросил:
- Ты знаешь слова?
- Нет, сомневаюсь, что я слышала её раньше.
Генри начал петь:
- Я искренне люблю тебя, искренне, дорогая,
Жизнь с её грустью, жизнь с её слезами
Превращается в мечты, когда я чувствую тебя рядом,
Ибо я люблю тебя искренне, искренне, дорогая.**
Он наклонился и поцеловал её, когда закончил петь, и Аннабель улыбнулась.
- Ты такой романтик, Генри.
- Но это правда. Я раздумывал над неутешительными фактами и цифрами, сидя в кабинете, а затем услышал тебя. Тут же на моём лице появилась улыбка, и мне стало легче. Спасибо тебе. – Он снова поцеловал её, и в этот момент входная дверь открылась, и его семья вошла в дом.
Лилли несла спящего Лео, она приветственно улыбнулась Аннабель и Генри, как и Мэтью, который затем повёл её вверх по лестнице. Оскар с Лили вошли за ними, но спина Лили была такой прямой, и женщина шла так быстро, будто хотела убежать от чего-то или кого-то. Она улыбнулась сыну и невестке и, не остановившись, быстро поднялась по ступеням.
С того места, где сидела Аннабель, она могла видеть, как Лили зашла в свою спальню и неожиданно захлопнула дверь перед лицом Оскара. Тот стоял там мгновение, а потом медленно повернулся и пошёл к соседней комнате. Через пару секунд Аннабель услышала, как дверь маленькой спальни закрылась.
- Хмм, - пробормотала Аннабель. Это выглядело так, словно Лили решила взять быка за рога и убедить Оскара отозвать своё предложение и предоставить Генри что-то, что лучше подходит его независимости и прямоте. Аннабель подумала, что стратегия Лили может сработать лучше, чем споры Генри с отцом.
Аннабель решила просто оставаться в стороне от этого.
Генри поднял бровь, взглянув на неё.
- Ты готова идти в постель, любовь моя?
- Я не очень хочу спать, Генри.
- Я не спрашивал тебя, хочешь ли ты спать, - усмехнулся он.
- Но ты спросил, готова ли я… - Аннабель поняла, на что намекал её муж, и засмеялась.
- Ты ненасытен, Генри.
- Когда это касается тебя, это правда, - Он поднял её на руки и понёс в их спальню, останавливаясь по дороге, чтобы погасить лампы.
- И мне никогда не будет достаточно тебя, потому что, как говорилось в песне, я искренне люблю тебя.
Он снова поцеловал её и занёс в их спальню, мягко прикрыв за ними дверь, а затем любил её сладко и нежно, что создавало контраст с той огненной страстью, которой они предались в этот полдень.
Аннабель вздохнула, вспомнив эти счастливые мгновения, пока собирала последние созревшие ягоды, а потом отнесла корзину на кухню.
- Хуан Карлос, что, как ты думаешь, мы можем сделать с этой малиной?
- О, сеньора, мы можем сделать пирог на десерт для сегодняшнего обеда.
- Звучит замечательно. Ты сделаешь или я?
- У меня достаточно времени, чтобы приготовить его, сеньора.
- Спасибо. Тогда я начну уборку.
Раз Джой спала, Аннабель решила уложить её в кроватку. Окна в доме были открыты, так что она услышит, если малышка проснётся. Затем, взяв всё необходимое, Аннабель пошла в туалет, чтобы почистить его и проверить, не нужно ли принести туда ещё газет.
После того, как всё было вымыто и вычищено, девушка посмотрела в дыру, чтобы проверить, не нужно ли добавить известнякового порошка для более быстрого разложения отходов. Она была очень удивлена, увидев внизу кусок ткани, окаймлённый кружевами. Как он туда попал? Это могло быть лишь что-то, что привезли с собой миссис Аллен или Лилли, потому что ни у кого на ранчо не было такого хорошего дамского платка, чем этот кусок ткани и являлся, как она теперь поняла. И кто-то использовал его, чтобы подтереться! Что за бесполезная трата чего-то настолько красивого! Аннабель предположила, что, возможно, миссис Фелпс случайно использовала его, когда заботилась о своей хозяйке.
Аннабель в недоумении покинула туалет. Она вошла в главный дом, где Лилли с миссис Аллен работали над жилетом для Оскара, в котором он собирался отправиться на перегон.
Лилли заметила выражение лица Аннабель.
- Аннабель, что-то не так?
- Я не уверена. Я только что была в туалете и увидела, что кто-то выбросил хороший льняной платок в дыру. Не могу представить, как это произошло.
Лилли выглядела удивлённой, но мама Лили – виноватой.
Нерешительный голос свекрови звучал едва ли громче шёпота.
- Я обнаружила, что газеты слишком грубы для моих нижних областей.