- Ты сможешь подержать его, пока я буду вправлять лапу?
- Если это нужно, я сделаю.
- Хорошо. Сейчас я подготовлю его.
Генри вытащил пса из-под дерева. Плут не сопротивлялся, он только облизывал руку Генри.
- Хороший песик… хороший песик, - бормотал Генри, пытаясь успокоить животное.
Он достал платок и обвязал его вокруг морды пса.
- Не хочу, чтобы Плут укусил тебя, когда почувствует боль. Теперь, дорогая, подержи его голову, прижатой к земле. Я придавлю его тело и попробую вправить кость. Не отпускай.
Аннабель сделала, как сказал Генри. Плут сперва ворочался, но потом расслабился.
- Хорошо. На счет три… раз… два… три.
На счет три Генри надавил на лапу и плечо щенка, после чего они с Аннабель услышали щелчок и визг Плута. Мужчина сразу же стал успокаивать пса, потому что Аннабель сняла с морды пса платок.
- Теперь с тобой должно быть все в порядке, Плут. Вставай, давай посмотрим, сможешь ли ты пройтись вокруг.
В ту же секунду, когда пес был свободен, он стал карабкаться наверх, немного прихрамывая, а затем принялся носиться вокруг них кругами. Его мать тявкнула, и вместе они помчались в сторону ранчо.
- Я удивлен. Он так быстро оправился.
- Да. Как только кость встала на место, боль утихла. Порез не выглядит очень опасным, но его стоит обработать, как только мы вернемся домой.
- Итак, если медведь выбил кость Плуту, то… как он добрался сюда.
Генри усмехнулся и надел шляпу. Ему нужно было искупаться.
- Что ж, будучи напуганным до смерти, удивительно, что можно сделать в таком состоянии. Плут забрался сюда, скорее всего, используя только три ноги, и даже не заметил этого.
- Бедняга.
Генри встал на ноги.
- Теперь, Аннабель, что случилось с лошадью? - Он помог ей подняться на ноги, но не убрал рук, когда она поднялась. Мужчина пристально вглядывался в лицо жены.
- Генри, честное слово, у меня не было никаких проблем с конем до тех пор, пока я не спешилась. Думаю, он учуял запах крови Плута, и это его спугнуло. Поэтому конь умчался до того, как я смогла его привязать к чему-то. Но теперь, когда я думаю об этом, то сомневаюсь, что смогла бы так легко вновь оседлать его.
- Он не пытался скинуть тебя?
- Нет.
- Он спокойно шел в поводьях?
- Да.
- Он подчинялся твоим командам?
- Да. Он не доставил никаких проблем, кроме того, что струсил от запаха крови. Он был хорошим конем.
Генри покачал головой и улыбнулся.
- Моя дорогая, сдается, что этот жеребец просто еще один представитель мужского пола на ранчо «Медвежья долина», которым ты умудрилась крутить, как хочешь.
Аннабель хихикнула.
- О, а есть и другие?
- Думаю, есть еще парочка.
Генри повел жену к Кейт, настаивая на том, чтобы Аннабель ехала верхом, а он прошелся домой пешком.
- А мы не можем ехать вместе? – спросила Аннабель.
- Сложно ехать вдвоем на таком типе седла.
- Я могу ехать у тебя на коленях.
Генри почувствовал, как на ее предложение откликнулось его тело, и рассмеялся.
- Ты собираешься ехать ко мне лицом или спиной? Может, боком?
Она подняла голову и посмотрела на него из-под ресниц.
- А как ты предпочитаешь, муж?
Он хохотнул, и его зрачки расширились. Все в нем тоже оживилось.
- Аннабель, ты соблазнительница.
- Это ты вдохновляешь меня, - Аннабель улыбнулась в ответ.
Генри покачал головой, затем запрыгнул в седло и подал руку Аннабелье. Она подтянулась и села поперек его колен. Девушка обвила руками Генри и поцеловала его в шею.
- Я мечтала об этом уже довольно долго, Генри.
- О чем? Соблазнить меня верхом на лошади?
Генри направил Кейт к дому. Лошадь не возражала против дополнительной нагрузки, но и перенапрягать ее Генри не хотел. Он желал получить от этой поездки домой максимум, что было возможно.
- Нет, тебя долго не было. Я соскучилась.
Генри взял поводья в левую руку, а правой притянул Аннабельу поближе к себе, «случайно» задев при этом край ее груди.
- А это возможно? – спросила Аннабель спустя несколько минут.
- Возможно что?
- Соблазнить кого-то верхом на лошади, - она повела бедрами, заставив его при этом издать рычащий звук.
- Я думаю, что если есть желания, то все возможно, но, если честно, я такого никогда не пробовал.
- О, - голос ее звучал расстроено. Она прикусила мочку его уха, и он задрожал. И вдруг Аннабель кое-что поняла:
- Я рада, что ты никого не пытался соблазнить, будучи верхом. Я бы очень ревновала.
Он рассмеялся, поглаживая ее:
- Я не думаю, что это было бы также привлекательно, как звучит на словах, Аннабель. Кроме того, думаю, Кейт будет возражать.
- Ты думаешь?
Голос Генри стал ниже:
- Только представь себе, как это будет выглядеть, моя дорогая. В первую очередь, нужно подумать о том, как добраться туда, куда нужно.
Аннабель пальцами прочертила круги на его груди и промурлыкала в ответ:
- На тебе могут быть те бриджи, на которых есть пуговки спереди, а я могу «забыть» надеть белье. Тогда все будет в полной доступности.
Он промурлыкал в ответ:
- Это, конечно мысль, но стоит также принимать во внимание чувства лошади.
Аннабель не сдержалась и хохотнула ему в шею.
- Чувства лошади?
- Ну, конечно. Ты знаешь, ведь вовлеченными в процесс будем не только мы вдвоем. Лошадь станет третьей стороной. Я не уверен, как к этому относиться. Мне нравится, когда нас только двое. Кроме того, думаю, что наши действия смутят Кейт. К примеру, я ногами даю ей понять, чего хочу.
Он сжал ее еще крепче, и голос его стал еще ниже. От этого тембра по спине Аннабельы побежали мурашки.
- Когда я буду входить и выходить из тебя, от этих движений Кейт подумает, что я приказываю ей мчаться галопом. Так она нас точно сбросит.
- Я не могу себе представить, чтобы ты выпал из седла, Генри.
- Даю гарантию, что я могу. Мое внимание будет сосредоточено не на том, чтобы управлять лошадью.
- О чем же ты будешь думать тогда? – спросила она, прижимаясь к нему.
Генри поцеловал ее в щеку:
- Я буду думать о том, как мне приятно чувствовать тебя, и как я люблю слышать, как ты от удовольствия что-то бормочешь, пока я люблю тебя.
От его слов у Аннабельы участился пульс.
- И я буду чувствовать только то, как мягко у тебя между ног.
С ее губ сорвался стон, и она надеялась, что он продолжит.
- И, скорее всего, мне придется бросить поводья, потому что нужно будет касаться тебя. Я захочу чувствовать твое тело и помочь тебе достичь кульминации. Да, Кейт однозначно смутится.
Аннабель больше не могла вытерпеть, она развернула его лицо к себе и с чувством поцеловала мужа. Когда они отстранились друг от друга, она произнесла:
- Как же я тебя люблю, Генри.
У него от удивления перехватило дыхание:
- А я люблю тебя, моя Аннабель, всем сердцем. - Он вновь ее поцеловал. - Я хочу попросить у тебя помощи кое в чем, милая.
- Конечно, Генри. Можешь даже не спрашивать, я помогу тебе.
- Ну, я довольно грязный, так как провел добрую половину недели в седле, и думаю, что мне понадобится много времени провести в воде, чтобы отчиститься. Наверное, понадобится кто-то, кто сможет потереть мне спинку. Тебя такое предложение заинтересует?
Она ухмыльнулась:
- Я же знаменита своим умением отменно тереть спину, Генри.
- И чья же спина пребывала на твоем попечительстве? – на лбу от волнения появилась морщинка, которая не вязалась с его улыбкой.
- Одна леди по имени Джой Элизабет Аллен. Думаю, она может дать мне неплохие рекомендации.
Генри рассмеялся:
- Тогда я полагаюсь на тебя.
Аннабель устроилась поудобнее у его груди и расслабилась. Они подъехали к краю соснового леса, где сад и ранчо открылись виду. Лилли поджидала их.
- Ты нашел ее! Мы так разволновались, когда жеребец вернулся без нее. Аннабель, с тобой все в порядке?
- Да, Лилли. Конь ускакал после того, как я спешилась. Я забыла привязать его.
- Слава Богу, ты цела.
- Доктор уже прибыл, Лилли? – спросил Генри.
- Нет, еще нет. Мы ждем его прибытия.
- Доктор? – спросила Аннабель, напуганная известием. – С Джой что-то случилось?
- Мой отец заболел в дороге, Аннабель. У него жар и очень плохой кашель.
- О Господи. Где он?
- Он в большой спальне наверху. Когда я уезжал, мама заботилась о нем.
- Я должна его увидеть, Генри!
- Нет, Аннабель. Я не хочу, чтобы ни ты, ни Джой, ни кто-либо другой находился рядом с моим отцом.
Ее сердце сковал страх:
- Почему Генри?
- У него может быть грипп.
Примечание:
До того, как изобрели вакцины от гриппа, вполне обычным делом была смерть от простуды или другой инфекции. Выживет ли заболевший, зависело от того, насколько сильным был иммунитет. В результате младенцы и пожилые люди оказывались первыми и самыми распространенными жертвами вспышек гриппа.