– Понимаю, – сочувственно кивнула Анжелика.
– Он издевается надо мной! Видела эти розы в гостиной?
– Да, красивый букет.
– Это белые розы, Анжи! Это любимые цветы Алеты…и он прислал их мне! Я его пристрелю!
Арина снова залилась слезами и уткнулась лицом в юбку Анжелики. А Анжи вдруг улыбнулась.
– Но, Арина, может, он думал, что это и твои любимые цветы? А скорее всего, он вообще об этом не подумал и прислал их тебе потому, что они потрясающе сочетаются с оттенком твоих волос…
– Ты думаешь?
– Ну да. Знаешь, что бы я сделала на твоем месте?
– Что?
– Не встречалась бы с ним. Избегала бы любых мест, где можно случайно его встретить и не подходила бы к телефону.
– Почему?
– Есть такая поговорка: «С глаз долой – из сердца вон». Правда, в случае настоящей любви она редко срабатывает, но ведь можно же попробовать.
– Чтобы он окончательно меня забыл?
– Нет, чтобы доказать самой себе, что сможешь жить и без него.
– Может, ты и права, – задумчиво проворила Арина и села, вытирая слезы.
– В любом случае ты ничего не теряешь. Я думаю, тебе стоит уехать, скажем, на полгода. Займешься чем-нибудь интересным, познакомишься с новыми людьми и, как знать, может, встретишь того, кто понравится тебе больше, чем Кэйд.
– Вряд ли, – мрачно заметила девушка. – Но в остальном ты права. Кажется, это называется – сменить обстановку.
– Именно. Если хочешь, можешь поехать со мной и братом в Россию.
– Нет. Я хочу уехать в Атланту. Я немного знаю этот город, я там училась, и там у меня есть подруги.
– Хорошо.…О, у меня есть идея! Ты как-то говорила, что хочешь научиться профессионально составлять букеты. Моя подруга Мэри тоже увлекается этим. Она открыла цветочный магазин в Атланте и вполне справляется. Но ей не хватает воображения, и она залезла в долги, зато она знает все правила. Думаю, если бы ты выкупила ее магазин, а ее сделала заведующей, вы могли бы сработаться. Ты же закончила коммерческий, да?
– Да, но…думаешь, у меня получится?
– думаю, что стоит попробовать.
– Да…это было бы чудесно…
– Тогда сделаем так. Когда я приеду домой, я созвонюсь с Мэри и обо всем договорюсь. А потом она перезвонит тебе. Хорошо?
– Хорошо! – рассмеялась Арина.
– И еще я поговорю с Алеком…
– Ну, уж нет. Это мое дело, деньги нужны мне, значит, и с Алеком договариваться должна я. Ладно?
– Ладно, – кивнула Анжи. Арина улыбнулась и, поцеловав Анжелику, убежала.
Анжи с наслаждением растянулась на траве в тени пальмы с намерением немного вздремнуть. Но ей недолго пришлось наслаждаться тишиной и покоем. Вскоре на крыше появился Алек, которому, как выяснилось, нужно было срочно поговорить с сестрой.
– Он согласился? – спросил брат, не тратя времени на приветствие. Его тон поразил Анжи. Она сели и внимательно взглянула в его глаза.
– А тебя это не устраивает?
– Да нет, меня не устраивает кое-что другое.
– Что? Ты не хочешь платить за перелет и операцию?
– Ты это серьезно?!
– Тогда что? Тоже не веришь в успех?
– Не то, чтобы не верю…
– Ну, знаешь, я тебя не понимаю. Что случилось?
Заметив сомнение в его глазах, она добавила:
– Ладно, не хочешь – не говори. И выметайся отсюда, я хочу отдохнуть.
– Он тебе нравится?
– В смысле?
– Ну,…ты же его обследовала…
– О, да! У него широкая красивая загорелая спина!
– И что?
– И ничего. Алек, ты чего ко мне пристал? Скажи прямо, что ты хочешь от меня услышать, или убирайся.
– Ты в него влюбилась? – решился Алек, и Анжи хмыкнула, потом не спеша улеглась на спину, закинув руки за голову.
– А тебя это не устраивает?
– Анжи, прекрати издевательства! Ты влюблена? Да или нет?
– А почему тебя это не устраивает?
Алек в свою очередь неопределенно хмыкнул и растянулся рядом, тоже глядя в небо.
– Хочешь знать, почему? Ладно. Потому что он – инвалид, и возможно останется им до конца жизни.
– И это все? Тогда могу тебя успокоить: у него сто шансов из ста на выздоровление.
– Ты уверена?
– Да.
– Во-вторых, он не в твоем вкусе.
– С чего ты взял? Только потому, что Николай, с которым я встречаюсь, блондин, а не рыжий, и у него не карие, а синие глаза?
– Кстати, а как же Николай? Ты же вроде его любишь?
– Он мне нравится, но…до любви еще далеко.
– Анжи, не доводи меня! Ты, что, правда влюбила в Адама?
– А ты думаешь, я могу полюбить такого хама и грубияна, как он? Который, к тому же, постоянно орет на меня и приказывает исчезнуть с глаз долой?
– О, Боже! – в притворном отчаянии застонал Алек. – Ты же только что описала свой идеал мужчины!