Девушка пошатнулась и оперлась спиной об одну из каменных колонн. Она вспомнила, как однажды Алек обещал ей, что всегда будет рядом и поможет, если ей будет плохо. В тот раз на крыше она была слишком подавлена и замкнута, она не захотела принять его помощь, оттолкнула его,… Алета почти бессознательно обвела взглядом зал, но Алека и Энни там уже не было. Алета окликнула одну из служанок, спешившую мимо с подносом, полным тарелок с едой.
– Тина, ты не видела мистера Алека?
– Нет, мисс Алета, – ответила та и поспешила дальше.
В этот момент к ней подлетела возбужденная смеющаяся Алина, ее глаза светились восторгом. На сегодняшний вечер она приказала себе забыть Амира.
– Арина так прекрасна, правда?!
– Да, – кивнула Алета. – Ты случайно не видела Алека?
– Видела. Он повел Энни в оранжерею, которая в саду, чтобы показать наше последнее приобретение. Помнишь, те чудесные орхидеи…?
– В оранжерею?
– Ну да, – кивнула Алина. – Орхидеи сейчас как раз в полном расцвете.…О, смотри, миссис Эли снова за что-то бранит Розу! Пойду, выясню, что произошло. Розе одной с ней не справиться.
– Да-да, конечно, – машинально пробормотала Алета и взяла еще один бокал. А потом, допив его одним глотком, обошла стороной огромный зал и, легко сбежав по широким ступеням высокого крыльца, направилась к оранжерее.
Она услышала приглушенные голоса еще не дойдя до нее.
– Милый…я люблю тебя…поцелуй меня…еще, еще… – задыхаясь, прерывисто шептал женский голос.
Алета остановилась, слезы навернулись на глаза, но она тут же смахнула их и гордо вскинула голову. Нет, она ни за что не позволит им понять, что они смогли причинить ей боль, унизить ее. Но незаметно уйти и оставить все как есть Алета тоже не смогла. Она была дочерью своего гордого отца, а он всегда платил по счетам.
Неслышно ступая, Алета вышла на лужайку перед оранжереей.
Мужчина и женщина страстно целовались, прижимаясь друг к другу, залитые серебристым светом полной луны. Алета спрятала руку с бокалом за спиной, с губ ее сорвался негромкий смешок. Парочка испуганно отпрянула. Энни смущенно спряталась за широкую спину ковбоя, она даже не сразу узнала Алету. А та, собрав все свое хладнокровие и выдержку, холодно бросила:
– Господи, Алек! Ты, что, не мог довести эту шлюху до оранжереи? Где же твоя хваленая сдержанность?!
– Алета…послушай, это не совсем то, о чем ты думаешь… – начал было он, растерявшись от ее холодности, но она, насмешливо фыркнув, перебила его.
– Я ничего не думаю. Мне все равно. Но ты-то должен был подумать о репутации своей любовницы. Она ведь еще не замужем.
Рассмеявшись, Алета отвернулась и пошла к дому.
– Алек! – услышала она за спиной капризный голос Энни. – Она назвала меня шлюхой!
Ответа Алека девушка не слышала, но тут же представила, как он обнимает Энни и утешает ее. Алета поняла, что не сможет сейчас появиться перед гостями в зале. В ту же секунду бокал ее полетел на землю и со звоном разлетелся на мелкие осколки, ударившись о край ступени. Алета же уже бежала в глубину сада, в любимую маленькую беседку, сплошь увитую плющом и магнолиями. Там, зная, что ее никто не увидит и не услышит, она упала в кресло и разрыдалась. Но на этот раз Алета ошиблась, уже через пять минут в беседке появилась Кэтти и, забравшись к ней на колени, прошептала:
– Не плачь, мамочка…я буду хорошо себя вести…
Улыбнувшись сквозь слезы, Алета обняла девочку:
– Я знаю, моя хорошая. Только что это ты бродишь одна в темноте? И не страшно?
– Нет, я же к тебе шла.…А еще я есть хочу.
Алета тихо рассмеялась.
– Знаешь, я тоже. Давай-ка совершим набег на кухню!
Алек же, отправив Энни в зал, расхаживал взад-вперед по оранжерее. В ушах его все звенел холодный голос Алеты: «Я ничего не думаю. Мне все равно…Мне все равно…Мне все равно…»
– На что я надеялся, глупец?! – с горечью проговорил он. – На ревность, на слезы, на то, что она проявит, наконец, слабость…признает, что я ей не безразличен? Идиот! Самонадеянный кретин! Да она смотреть в мою сторону не хочет. Ей плевать на меня…и уж тем более на Энни. Господи! Зачем?! Зачем ты позволил мне полюбить эту бессердечную девчонку? Зачем ты не даешь мне забыть ее…
Хлопнула дверь, и в оранжерее появилась Алина.
– Ну, что? Ничего не вышло? Я ведь предупреждала…