– И бросишь «Магнолию» на такого бездаря как я? – язвительно вставил Алек, но она даже не взглянула на него.
– Пожалуйста, Алина! Я хочу исправить свою ошибку, позволь мне помочь тебе.
– Нет, Алета. Я должна сама это сделать, чтобы хотя бы самой себе доказать, что я тоже Беверли. Понимаешь?
Алета вздохнула.
– К сожалению, да. Ты – настоящая Беверли.
Алина улыбнулась и ушла. Алета же, проводив ее взглядом, в ярости повернулась к мужу:
– Ты хоть понимаешь, что ты наделал?! Алина никогда не покидала ранчо, и она…
– …наконец-то вырвется из-под твоей опеки и постарается достигнуть чего-то самостоятельно, – твердо отрезал Алек. – Ты недооцениваешь свою сестру, Алета.
Она свела брови.
– Не тебе меня учить, ковбой! Хотя в одном ты прав: я с трудом и только ради сестры решилась бы доверить ранчо тебе даже на неделю, не говоря уже о более длительном сроке.
С этими словами она ушла на кухню, а Алек горько усмехнулся:
– Я знаю, милая. Ты будешь только рада избавиться от меня. Но не только Беверли борются до последнего!
Через пару дней после отъезда Алины Алета, немного успокоившись и поняв, что наговорила лишнего, решила извиниться. Алека она нашла на крыше, в одиночестве созерцающим звезды.
– Алек, можно с тобой поговорить?
– Что я еще не так сделал?
– На этот раз не ты, а я.
– Что?!
– Я хочу извиниться. Похоже, я сгоряча наговорила тебе гадостей, но я не хотела тебя обидеть.
– Нет?
– То есть тогда хотела, конечно, но…
– И тебе это удалось.
– Что ты меня перебиваешь? Я хочу попросить прощения и сказать, что на самом деле я так не думаю. Во-первых, потому что ты был прав насчет Алины, а во-вторых, потому что я без сомнения доверю тебе даже свою жизнь, не говоря уже о ранчо. Вот! Ясно?
– Вполне. Впрочем, я в этом не сомневался.
– Но все равно обиделся.
Алек пожал плечами.
– Ты простил меня?
– Это уже не важно. Скоро будет ровно год со дня нашей свадьбы. Я уеду, Алета. Я хочу вернуться домой.
– Навсегда?
– Наверно.
Еще с минуту оба постояли молча, потом Алета, тихо сказав «Спокойной ночи», ушла.
Шло время, день за днем неспешно текло оно, а обстановка на ранчо все ухудшалась. Внешне это, правда, совсем не проявлялось, хозяйство процветало, дела шли как нельзя более успешно под умелым руководством Алека. В последнее время Алета перестала вмешиваться в дела и вообще, казалось, всячески избегала встреч с мужем. Вся прислуга, Арина и Кэйд терялись в догадках, не понимая, что происходит с Алетой, и только Джейми понимающе кивала головой, загадочно грустно улыбаясь. Однажды Арина спросила ее об этом, и ответ старой няни поразил ее:
– Она пытается привыкнуть жить без него, мисс Арина.
– Что? Я не понимаю, Джейми…Он же здесь!
– Пока здесь, – Джейми пожала плечами, продолжая чистить картошку. Арина вдруг поймала себя на мысли, что никогда не видела няню праздно сидящую, сложив руки. Она всегда что-то готовила, варила или чистила. И всегда знала, чем живут и дышат обитатели ранчо. Для каждого у нее находилось слово утешения, сочувствия и понимания. Арина вздохнула. Хотя она любила своего мужа, и была счастлива, порой ей так не хватало мягкой улыбки Джейми, ее тихого голоса и тепла домашнего очага, в котором та всегда поддерживала огонь. Но Арина отогнала эти мысли. Сейчас она больше тревожилась о сестре.
– Ты думаешь, Джейми, что Алек уедет?
– Он сам это сказал и уже довольно давно.
– Я не верю, что он действительно это сделает. Неужели он хочет уехать?
– Нет, мисс Арина. Конечно же, нет. Но он все равно уедет, когда закончится этот месяц, если…
– Если что?
– Если мисс Алета не заставит его остаться.
– Заставит? Да ей стоит только намекнуть!
Джейми покачала головой.
– Как же вы еще молоды и наивны, мисс, хотя и замужем уже. Послушайте меня. Мистер Алек – сильный и гордый мужчина. Он долго ждал ее признания, долго любил безответно и был готов помочь, если бы она приняла его помощь. Но его терпение не бесконечно. Он устал ждать и поэтому сказал, что уедет, как только закончится год. Он принял решение, и, поверьте мне, только мисс Алете удастся его отговорить, и только с большим трудом она сможет заставить его отказаться от принятого решения. Боюсь, что теперь даже если мисс Алета признается ему, что любит, он не поверит. Не позволит себе поверить.
– Не поверит? – в задумчивости повторила Арина, начиная понимать, что имеет в виду Джейми. – А она его любит?
Джейми вздохнула.
– Любит. У меня сердце болит за мою девочку. Вижу, что мучается она, места себе не находит, а помочь я не могу. Мисс Алета сама все должна понять.