Что будет, если она тихонько войдет в комнату и ляжет рядом с ним? Неужели он оттолкнет ее?
У Трейси пересохло во рту. Как ей может приходить в голову такое? Разве ей нравится, когда ее оскорбляют? Трудно представить себе, чтобы кто-то был с ней более жесток, чем Слейд. Он хочет, чтобы она уехала, убралась из его жизни. Да, он всегда примет ее в своей постели, но он наверняка поступил бы так же с любой другой достаточно привлекательной женщиной.
Ну нет, размышляла она. Он не будет так же ласков и нежен с любой женщиной! В его объятиях она чувствовала необыкновенную близость. Она не могла просто придумать это.
Трейси подняла голову. Никогда ей не узнать больше, чем известно в данный момент, - ни о Джейсе, ни о Слейде. В каком-то смысле они похожи как две капли воды: оба скрытные, не допускающие никого в свою личную жизнь. Конечно, до смерти Джейса она не представляла, насколько он был закрыт от нее.
Бессмысленно снова пытаться давить на Слейда. Он не собирается говорить, и с этим ничего нельзя поделать. Трейси посмотрела на свои чемоданы. Рейчел поймет ее, когда узнает, что она передумала и не осталась. Да, она может просто позвонить из Сан-Франциско и сказать ей об этом сама.
Нужно связаться с Макфи. Страшно подумать о второй за этот день поездке с таким отчужденным от нее Слейдом. Исполненная решимости, Трейси вышла из своей комнаты и спустилась в кухню. Набрала номер, выждала три гудка и услыхала веселый голос Макфи.
Десять минут спустя она положила трубку на рычаг. Все кончено. Она договорилась с Броком Макфи, что он заберет ее часа через два, и заказала билет от Хелины до Сан-Франциско. Трейси медленно встала, презирая себя за подступающие слезы, и налила еще чашку кофе.
Поднявшись к себе, она выбрала дорожный наряд: жемчужного цвета плиссированные брюки-юбку, зелено-серую блузку, серые лодочки и такую же сумку. Подумав, добавила к этому ансамблю зеленый жакет - на тот случай, если в Сан-Франциско будет прохладно, когда она приземлится. Затем занялась макияжем и прической.
Щетка для волос замерла в ее похолодевшей руке, когда она услыхала, как дверь комнаты Слейда открылась и его шаги раздались в холле. Наружная дверь закрылась, и опять стало тихо.
Сохраняя внешнее спокойствие, она закончила туалет. Застегивая блузку, услышала, как Слейд вернулся в свою комнату, а затем снова спустился вниз.
Пусть будет так. Он уедет в Хелину, а она - в Сан-Франциско, даже не попрощавшись. Так даже лучше. Неизвестно, кто из них больше измотался: она, без конца умоляя дать ей информацию, или он, отказываясь отвечать.
Трейси посмотрела на часы. Она собрала в одно место приготовленные в дорогу вещи и вынесла их в холл. Бросив на комнату последний взгляд, чтобы проверить, не забыла ли чего-нибудь, взяла кофейную чашку и спустилась вниз.
Войдя в кухню, она остановилась как вкопанная. Слейд не уехал, он сидел за столом, и перед ним стояла чашка кофе. Он был свежевыбрит, одет в темно-голубую рубашку и джинсы. Даже обычно непослушные волосы были аккуратно причесаны. Пораженная его непривычным видом и стараясь скрыть удивление, Трейси направилась к кофейнику.
- Я думала, ты уже уехал, - сказала она безразличным голосом, поклявшись себе, что сохранит дистанцию.
- Спешить некуда, - ответил Слейд таким же тусклым тоном.
- Да я тоже так думаю, - согласилась она, ставя свою чашку в мойку. Она хотела позвонить из кухни, но ничего, это можно сделать из кабинета. Выходя, Трейси оглянулась.
- Пожалуйста, будь так добр, передай от меня привет Рейчел.
- Уезжаешь? - Вопрос прозвучал все так же безразлично, он словно не понимал, какой болью отзываются в ней эти слова.
- Да. Скажи Рейчел, что я позвоню ей из Сан-Франциско. - Борясь с волнением, она прошла в кабинет и села за стол.
Она не станет думать об этом, не позволит вывести себя из равновесия. Сняв трубку, она набрала номер в Сан-Франциско. Трейси была уверена, что отец дома, как обычно по воскресеньям.
- Папа? Хорошо, что застала тебя. Я прилетаю в Сан-Франциско сегодня вечером, в восемь двадцать. Можешь меня встретить?
- Конечно! Я так рад, что ты возвращаешься домой, Трейси.
- Я тоже. - Она старалась разговаривать заинтересованно и даже сделала несколько разумных замечаний. Но мысли ее были далеко, и она испытала облегчение, когда смогла вставить:
- Увидимся вечером, папа. - И положила трубку.
Она уставилась в пространство, не замечая уюта этой старой комнаты с книжными шкафами и каменным камином. Ей было трудно покинуть Монтану и людей, которых она тут встретила. Здесь она вступила в совершенно новый для нее мир, и он навсегда останется с ней, независимо от того, за сколько миль отсюда она улетит.
- Трейси!
Она вскочила и оглянулась. Прислонившись к косяку, в дверях стоял Слейд, и она не знала, как давно он наблюдает за ней.
- Да?
- Ты хочешь, чтобы я подкинул тебя в Хелину?
- Нет, спасибо. За мной прилетит Макфи.
- Ладно. Я так и думал, что ты уже позвонила ему.
Им нечего было сказать друг другу. Они ни разу до этого не говорили спокойно, и сейчас у них не получится светский разговор. Но это не могло разрушить эмоциональной связи между ними, из-за которой им было трудно дышать.
Трейси обошла стол и осторожно направилась к двери. Слейд не пошевелился, однако не сводил с нее взгляда. Она была так красива - снова одетая в дорогие вещи, с идеальной прической и макияжем. Точно такая же она вышла из вертолета Макфи, только в тот день она была в голубом, а сегодня на ней серо-зеленый ансамбль, который перекликается с неповторимым цветом ее глаз. Он понял, что задыхается.
- Я.., может быть... - начал Слейд. Ее шаги замерли.
- Может быть, что?
Он хотел сказать ей многое, но это был глупый порыв. Он откашлялся и произнес:
- Ничего. Я отнесу твои вещи вниз. - Повернулся и исчез за дверью.
Трейси пошла за ним следом, отставая на несколько ступенек. Что же все-таки произошло между ними? Этот вопрос бился в ее мозгу, приводя ее в замешательство, разрушая с таким трудом обретенное спокойствие.