ела смерти тянулась под стол за бутылкой. Серафина: Ох, дорогой Люцифер. Не тебе ли скромничать? Если бы не ты, этого клана уже бы не было. Не было бы меня и этого кабинета. Ты герой, ты есть синоним правосудию Мортесов, ты моя правая рука, ты тот, кого враги клана видят перед смертью. Сколько же силы ты таишь в своём Нагане? Сколько холодной жестокости в этих глазах? Ты убил уже многих. Представь, что жизнь человека, это нить, а у тебя самые надёжные ножницы. Это наш клан, зайка, ты часть великой династии, ты – сама неотвратимость смерти. Люцифер только смотрел в окно, где был тот самый двор напротив академии. Мимолётные вспышки памяти из детства играли в его голове. Серафина протягивала ему бокал. Люцифер: Нет, не сегодня. Серафина: Да что с тобой такое? Сколько тебя знаю, ты никогда не отказывался со мной выпить. Скажи, ты, может, устал? Может тебе после этого задания в отпуск? Люцифер: Нет, нет. С погодой просто что-то. Тоесть думаю, как подобрать день… Продолжая вобщем. Серафина: Ну что ж – поставила она бокал обратно, будучи сидя на столе – Алиса хотела раскрыть всю династическую иерархию. Академия, Мортесы, Умбры, Корвиды и другие. Конкретные точки на картах, конкретные люди. Она даже приходила сюда и предлагала мне пройти по делу как свидетельнице. Представляешь? Вобщем, ты знаешь, вот адрес её кабинета. Убей её и сожги к чёрту участок, это будет знак генпрокурору, что мне не нравятся его назначения – а значит, он столкнётся с последствиями. Вперёд, зайка, и пусть твоя пуля настигнет ищущего… …Ничего особенного. К следователю мог прийти любой. Некоторые в участке даже знали Люцифера. Факт был не в сложности убийства, а в его символизме. Даже старая подруга получит пулю, если посмеет пойти против всемогущества Мортесов. Стук в дверь. Алиса: Войдите. Люцифер зашёл и сел рядом с Алисой, что не поднимая голову, перебирала бумажки. Алиса: И по какому вы вопросу? Люцифер: Я лично к вам. Алиса подняла голову и увидел своего старого друга. Алиса: Люци! Она бросилась на него и обняла, задирая ножку. Алиса радостно начала всё рассказывать и рассказывать так быстро, что Люцифер еле успевал воспринимать всё сказанное: Я так рада, что ты пришёл! Сколько мы не виделись? Шесть? Нет, нет, погоди. Боже, да тебе вчера же двадцать пять исполнилось! Семь лет ни слуху, ни духу. С прошедшим тебя! Тебя же Серафина прислала? Она, всё таки, согласилась? Или это твоя инициатива? Люцифер контрастировал своим тяжёлым и спокойным голосом: Алиса, я пришёл не договариваться. Она быстро сменилась в лице: А зачем же? Люцифер молчал. Алиса: Нет, Люцифер, боже. Зачем? Люцифер: Она решила, что ты угроза картелю. Алиса: Перестань, Люци. Так же не должно быть. Ты слышишь меня? Ты не обязан это делать. Люцифер: Этого требует правосудие. Этого требует мой род. Алиса: А душа? Душа твоя, что говорит? Люцифер: Нет никакой души. Алиса постепенно накалялась, переходя постепенно в слёзы: Нет, есть! Есть, Люцифер! Я делаю, то, что нужно людям. Понимаешь? Мортесы торгуют наркотиками, похищают и убивают людей, требуют денег с бизнеса. Это не нормально, слышишь? Я недавно разбирала дело, где ваши люди избили рыбака на глазах у его жены и малолетнего сына. Он не отдал норму денег с продажи рыбы. Они живут с родителями, всё, что у него есть это гнилая рыбная лавка и лодка. Они сломали ему руку и сожгли лодку. Скажи, чем ему теперь отдавать картелю? Зачем эта бессмысленная жестокость? Он и его семья, теперь просто умрут с голоду. Руки Люцифера впервые задрожали. Это стало пугать его ещё больше, странное ощущение, которого он никогда ранее не испытывал, и с которым Люцифер не знал, как справляться. Алиса продолжала, она достала из горстки бумаг папку и протянула её Люциферу: А это дело заставило меня рыдать, как тогда в дворце. “Дело номер 57”, эта цифра у меня теперь вместо кошмаров. Феликс Андропов девятнадцатого марта найден его труп в собственном доме. Ветеран, решивший разоблачить дела Мортесов во время войны. Он вернулся и заявил в полицию, его подключили к программе защиты свидетелей. Он рассказывал, как их командир отдавал пленных, заранее пробивая ножом в районе печени. Чтобы продали как живого, но потом он всё равно умрёт. Они продавали координаты братских могил родственникам. Матери не верят в смерть, они приезжали на фронт и искали своих сыновей. Но потом оказывалось, что координат несколько, они могли найти своего сына только по частям в разных городах страны. И за эту правду они его убили. Это неприкрытая и жестокая правда, Люцифер. Это не та истина, о которой мыслишь ты, это не правосудие. Ты помнишь эти вокзалы в конце войны? Полные радостных родственников, которые дождались своих героев днём, и полные недоедавшихся жён ночью. Тихие и безликие жёны, что стали призраками этих вокзалов. А Люцифер продолжал листать дело, где были фотографии, на которых тело. Привязанный к стулу труп без пальцев и с замотанной скотчем головой. Алиса: Они его пытали, ибо он верил во что-то большее, чем просто смерть. Он верил в жизнь. Тому, кому не за что умирать – незачем жить. А он был готов. Ты видишь это Люцифер? А Люцифер медленно сходил с ума, всё больше погружаясь в самого себя. Он вспоминал эту смерть, эта смерть с его рук. На животе у трупа ножом вырезано “Justitia”. Алиса: Посмотри на этот город, Люцифер. Посмотри на этих людей. Ты разве не замечал, как прекрасен этот город? Ты видел набережную вечером? Там тысячи гирлянд на ветках уставших акаций. Сотни заведений, где люди пели, танцевали, любовались морем, пока их дети бегали где-то рядом и смеялись. А ты слышал, как там играют на гитаре? Люди живут, Люцифер. Живут и без нас, не знают о нас, не знают кто мы такие, что прошли и знать не хотят. Люди просто хотят забыть обо всём, что твориться за пределами набережной. Это маленький островок чистой души. Место, где людей не волнует ничего кроме безбрежного моря в свете луны и звёзд. Люди просто хотят жить. Люцифер встал и достал свой пистолет. Слово “Правосудие” больше не блистало. Гравировка под словом начиналась на “С”. Трясущимися руками он взвёл курок, со второго раза попав большим пальцем по нему. Люцифер: Я не могу… Алиса молчала. Она повернулась к окну и открыла его. Занавески начало развевать, как тогда во дворце. Алиса: Это было ожидаемо. Хотя и сопротивляться -смысла нет. Люцифер: Почему жизнь разводит нас по разные стороны ствола? Алиса: Потому, что смелость достать ствол есть только у тебя. Твоё ли это преимущество или проклятие, решай сам. Выстрел. Самый лучший учитель. Настало то самое время. Нет, не время, когда всё закончиться. Время убивать. Время убивать само время. Последний шаг в величие и первый шаг в пустоту. Цель – наследница клана Корвидов. Единоличное правление Мортесов ещё никогда не было так близко. Корни клана уходили в столицу, за границу и даже больше. Но город, родной город – место, где всё началось, оставалось пристанищем двух династий. Таким как Серафина, становилось душно от этого факта, становилось тесно в одном скопище улиц и зданий. Всё продумано и решено – Люцифер будет новым преподавателем у Ангелины Корвид. Его ещё ни разу не видели, настоящий новый учитель разобран по кусочкам. Легко войти – легко выйти. Но к удивлению Люцифера, он не увидел привычной школы убийств. Не было отдельной зоны для властных династий. Это просто дом, весьма неплохой – но не сильно выделяющийся. Его легко пропустили. Даже в этом доме никто не знал, как выглядит Защитник, может из-за того, что и знать не хотели. Небольшой кабинет и скучающая девочка лет четырнадцати. В помещении они были одни. Люцифер: Не учили вставать, когда преподаватель заходит? Ангелина вздохнула и встала. Люцифер: Что ж, садись. Что вы уже прошли с прошлым преподавателем? Ангелина: Всё, что проходят дети до седьмого класса включительно – вздыхала она, смотря куда-то в окно. Люцифер: Хорошо – и Люцифер сильно сменился в тоне. Стал скорее более спокойным – А как твои родители. Ангелина: На нервах все. Всё говорят про какого-то Люцифера. Люцифер: И что они рассказывают про него? Ангелина: Не знаю, пыталась понять, а они: “Не для твоих это ушей”. Люцифер: А ты знаешь, кто твои родители? Ангелина: Мама - банкир и папа – депутат. Люцифер: А ты кем хочешь стать? Ангелина: Не знаю. Родители говорят, что я буду принцессой. Но это же не работа, так? Люцифер усмехнулся: Это ещё как посмотреть. Ангелина: Да? Я, правда, могу быть принцессой? – внезапно выразила интерес девочка. Люцифер: Можешь. Нужно только верить своим маме и папе. Ангелина: И зачем меня тогда запирают в этом кабинете за тетрадками? Я так никакого принца не дождусь. Люцифер смотрел в окно. Всё напоминало ему родной двор. Напоминало Серафину. Ангелина: А как вас зовут, учитель? Люцифер: Люцифер. Это обо мне твои родители говорили. У Ангелины глаза зажглись дьявольским интересом: Правда? Да вы шутите! И в чём секрет? Что скрывают родители? Ну расскажите, пожалуйста! Люцифер: Работаю я с твоим папой. У нас одно ремесло. Ангелина уселась обратно и сложила ручки: Фи, так скучно? Люцифер вышел из кабинета – Запиши пока число. Он сел на скамье в коридоре и протирал глаза своими уставшими руками. Пистолет сам выпал из фрака. Он поднял его. При ударе о пол, что-то посыпалось с револьвера. Надпись проявилась полностью – “Свобода”. Дворецкий шёл по коридору, нёс принадлежности Ангелине и преподавателю. Но когда он увидел Люцифера с револьвером – в его голове всё прояс