ку, Миша вовсе предлагает всех повесить. А Главный идиот в виде Димы... ну, он уже мёртв. Пора бы тебе выбрать сторону. Люцифер повернулся к ней, и луна высветила шрам на его шее. Люцифер: Доверять другим, это хорошо. Но гораздо лучше – не доверять — его голос звучал ровно, но в глазах метнулась тень. Она рассмеялась, и её смех рассыпался по камням, как стекло. Серафина: О, мой дорогой Люцифер... Тебе не выжить одному. Ты так или иначе игрушка в мире случайностей. Но вместе – случайность может стать немного определённее. Она вложила патрон ему в ладонь, сомкнув пальцы поверх его. Серафина: Вместе мы закончим эту игру до того, как они поймут, что трупы — поддельные. А потом... — её губы коснулись его уха, — ...поговорим о настоящих убийствах. Он отстранился, сжимая патрон до боли. Люцифер: Тоесть, ты уже это поняла. Серафина: Я это поняла, как только увидела перепутанные левый с правым сапог на трупе, похоже они очень торопились. Внизу кто-то закричал: Иерихон умер! Серафина вздохнула театрально: Кажется, Виктор нашёл очередной труп. Время пошло, дорогой. Согласие или... — она достала из складок платья миниатюрную зажигалку со встроенными часами, что тикали, однако весьма громко и зажгла сигарету — ...я придумаю, как сделать твой отказ поэтичным. Он посмотрел на свой наган и несколько помолчал. Люцифер: Ты получишь свой союз. Серафина: Это наш союз, зайка. Виктор, запыхавшись, вбежал на балкон и громко объявил. Виктор: Иерихону перерезали горло! Люцифер: Где он был? Виктор: Я с Даней нашли его в столовой! Пойдём! Все спустились в столовую, где толпа окружила очередной труп. Иерихон лежал на полу неестественно ровно, рядом его окровавленная рапира. Люцифер подошёл, проталкивая толпу, и взял рапиру. Михаил: Ты чё удумал? Люцифер медленно вонзил оружие обратно в шею ровно по следу. Он делал это так аккуратно и точно, будто он вставлял нож в растопленное масло. Толпа была весьма шокирована, периодически даже возмущалась – Ты что делаешь! Это же наш Рихя! Когда Люцифер вонзил рапиру до конца, он молча поднял голову и посмотрел на Серафину. Люцифер: Десятый – холодно отрезал тот. Серафина побежала на кухню. Виктор: Что десятый? Люцифер: Кто был на кухне? Виктор: Не знаю, мы его тут нашли. При чём здесь кухня? Люцифер: Кто последний был на кухне? – встал Люцифер и громко заявил всем. В этот момент Серафина вернулась и вручила ему мокрый кухонный нож. Серафина: Лежал на поверхности. Люцифер начал осматривать нож со всех сторон. Марк: Так! Ты либо прямо сейчас скажешь, что происходит, либо ты оставишь труп Иерихона в покое! Люцифер: Его убили не рапирой, след не совпадает. Марк: А чем же? Люцифер: Вот этим ножом. Марк: Так. И что нам это даёт? Люцифер: Кто последний был на кухне? – он повернулся к Серафине – Раковина мокрая? Серафина: Была открыта холодная вода, всё, даже вне раковины, в воде. Люцифер: Все показали рукава! Все! Люцифер и Серафина начали осматривать рукава каждого на наличие на них воды. Где-то через минуту, Алиса заговорила. Алиса: Постойте! Я, кажется, видела Даню на кухне. А потом он пришёл к Виктору и предложил пойти в столовую. Да, точно! Он быстро выбежал с кухни, я ещё тогда подумала, что, мол, подозрительно. Люцифер переглянулся с Серафиной, и последняя взяла руки Алисы, пристально смотря ей в глаза. Алиса перепугалась и начала нервничать. Покачивать головой, играть пальцами и дёргать зрачками по всему окружению. Серафина: Чисто. Даня: Ты ещё смеешь меня обвинять! А ты где была? Я тебя что-то не видел, когда труп нашли! Алиса лишь стыдливо молчала, опустив голову. Казалось, она сейчас разрыдается. Люцифер: Что ж, у нас снова ничего нет. Михаил: Тоесть это как ничего? Нас просто продолжат резать как собак? А у нас точно месяц? И снова Алиса не причём? Её невинность лишь маска! Стрелять её надо и всё! Серафина: После неё пойдёшь ты, многовато из твоего рта предложений, но не капли действия. Марк: Остаётся только разойтись? Люцифер: Ты у нас всегда становишься актом финала. Так тому и быть. Идите все, куда шли. Двойня собралась в комнате Люцифера, при свете полной луны. Она отражалась в глянцевых поверхностях жуткой темнотой и отражалась в глазах Серафины, что, казалось, этот свет тонет подобно человеку в болоте. Серафина: Не верю я ей. Руки тёплые но… Что-то не так с ней. Люцифер: Рано делать выводы. Этой ночью придут за нами. Мы почти настигли его. Будь мы там на минуту раньше, мокрые холодные руки не ушли бы от нас. Серафина: А что если он играет с нами? Замёл следы, и нож мыли не в раковине? Люцифер: Тогда нам не выжить. Следы точно совпадают, если мы такое не в силах распознать… В опасности все. Серафина: Споёшь мне колыбельную? Люцифер: Спи, моя тьма, под луной ледяною,Спи не взирая на сказки из сновЯ стану хранителем сна и покоя, Я крики из снов — я есть вечный зов. Спи, наполняя думу калибром Будь белоснежна и полна крови Спи же спокойно, хотя-бы для виду Я буду твоею защитой, лишь спи… И она действительно уснула. Уснула так быстро, как не засыпала никогда. Серафина спала, откинувшись на подушки с неестественной грацией — словно падший ангел, застигнутый врасплох. Её белые волосы, обычно собранные в жгут смертоносной точности, рассыпались по шелку, как тени, готовые задушить всё живое. На лице не было привычной дьявольской улыбки, только бледность. Он присел на край кровати, и пружины едва дрогнули. Её рука лежала поверх одеяла, пальцы слегка сжаты — даже во сне готовая схватить спрятанный под подушкой стилет. Он знал: если коснуться её, она проснётся с лезвием у его горла. Люцифер еле слышно прошептал: Надо же… Даже так прекрасна… Её ресницы дрогнули, и он замер, ожидая, что её руки сейчас потянутся к ножу. Но она лишь повернулась на бок, и точно кот прижалась к его ладони, обхватив её обеими руками. За окном завыл ветер, и тени на стене зашевелились, словно призраки их общих жертв. Люцифер встал, ощущая тяжесть Нагана у бедра. В коридоре послышался звук шагов, который был явно направлен в комнату Люцифера. Он спрятался в шкафу и дверь открылась. Через щели между дверцами было видно, как неизвестная фигура в темноте приближалась к кровати. Держа в руках пистолет, неизвестный резко поднял плащ, за которым оказалась… Виктор: Серафина? Серафина, протирая глаза, без доли страха ответила: Давай ты сам, Люци. Я вторую ночь не сплю. – после чего она подняла глаза и увидела Виктора с кольтом, направленным на неё. После небольшой паузы завязалась драка и выстрелы. Серафина выхватила свой стилет из-под подушки и начала кричать: Люцифер, он здесь! Подобрав момент, Люцифер выпрыгнул из шкафа и схватил Витю и выбил у него из рук пистолет. Его связанного одеялом выкинули за дверь, после чего Люцифер и Серафина взъерошенные вышли за дверь, где их ждали все сбежавшиеся на выстрелы. Из толпы вышел директор и поднял Виктора, развязав ему руки. Директор: Неплохо. Обычно первого находят на четвёртый день. Если завтра найдёте второго, станете рекордсменами Академии искусств и ремёсел. Люцифер: Тоесть он выбывает? Директор: Точно так. О, Мортес, и вы здесь. Очередной раз убеждаюсь, что союз ваших династий вечен. Удачи, ребята, осталось двое. И директор, уводя побитого Виктора, вышел из дворца. Марк: Выходит, эти двое точно не убийцы? Михаил: А что мешает им убить своего? Серафина: Я уж не знаю, есть ли какие-то ограничения на убийства. Работают ли они в команде или вовсе не знают друг о друге. Я знаю, что сейчас ночь. Можете принести Рислинга, если хотите нас наградить, остальное излишне. Алиса: Так вот как это происходит, его просто забирает директор. И снова собрание начало медленно растворятся так, как происходило десятки раз до этого. Пока Серафина и Люцифер сидели и обсуждали произошедшее, в дверь постучали. Даня: Это Даня, я вам вина принёс – посмеивался тот – влюблёныши. Луна уже давно вышла за пределы окна. Бокалы успели запылиться. Серафина начала разливать кровавый напиток по бокалам. Люцифер: А если отравлено? Серафина: Мне уже плевать, дай заглушить тряску рук – несколько уставше, проговорила она… Утро было непривычно спокойным. Может остальные убийцы испугались, а может просто ещё не пришло время. Все ходили по дворцу, что-то обсуждали, ели. Всё точно вернулось в тот первый день. Следы крови на полу уже перестали пахнуть тем слегка кисловатым привкусом. Люцифер осматривал комнату Иерихона. Он хотел найти что-то, что связало бы его смерть с предполагаемым убийцей. Он успел за эти пару дней завезти свои фотографии с родителями, свои любимые книги. Осмотр в форме детектива плавно сменялся странной ностальгией по тому, чего не было. Люцифер вроде и знал, что Иерихон жив, но правдоподобный вид его трупа сверкал вспышками в памяти Люцифера. Статичное изображение, где он улыбался в обнимку с мамой, завораживало и погружало в тихую тоску Люцифера. В комнату зашёл Михаил: Ты чего тут удумал? Люцифер: Да так… – отбросил он фотографию – ищу зацепки. Михаил: И как оно? Люцифер: Пока только его застывшие фото. Михаил: Скучаешь? Люцифер резко опомнился: Что? Я убийцу ищу, чтобы самому не сгинуть. Если ты к нему как-то эмоционально был привязан, то это только твоё – со сдержанной злостью сказал Люцифер и вышел за дверь. Серафина ждала его прям у порога, и как он вышел, она вручила ему окровавленный, некогда белый, платок: Угадай что? – улыбалась та, будто она представляет некий сюрприз. Люцифер: Четвёртый? Серафина: Третий. Дворецкий не считается. Она отв