— Ну отвечай: по-пионерски это? — повторил свой вопрос Даштемир. — Я думаю, нет, — сам же ответил он.
«Верно он говорит, — пронеслось в голове у Сайбуна. — Если б я был настоящим пионером, я бы ни за что не отступил перед Хамидом. Ведь правда на моей стороне! Вот я и должен за нее бороться!»
— Хочешь стать сильным и ловким? — спросил Даштемир. — Чтобы никого и ничего не бояться? Хочешь, а?
— Хочу, — неуверенно сказал Сайбун.
Он больше всего на свете хотел стать сильным и ловким. Как Даштемир, например. Но разве это легко? Чудес на свете не бывает!
Он пристально посмотрел на Даштемира. Шутит он или на этот раз говорит правду? Может, есть у него какой-то секрет и с помощью этого секрета Сайбун станет сильным и ловким? Вот было бы здорово!
— Я тебе помогу, так и быть, — сказал Даштемир. — Но если уж я возьмусь тебе помогать, ты меня должен слушаться во всем. Как отца. Как бога... — Он рассмеялся. — Как пионервожатого. Договорились?
— Договорились! — воскликнул Сайбун. — А когда ты начнешь меня учить?
— Ишь какой нетерпеливый! Всему свое время. Потерпи, браток. Сначала будет тебе испытание. — Даштемир поднял вверх палец, измазанный машинным маслом. — Знаешь, как берут людей на работу? С испытательным сроком! Вот и у тебя будет испытательный срок. Не бойся, маленький, всего-то несколько дней...
— Ладно, — согласился Сайбун. Он был готов на все, лишь бы Даштемир действительно помог ему стать смелым, ловким, сильным. — Я любые испытания выдержу! Могу даже с сегодняшнего дня начать.
— А больше тебе ничего не надо? — спросил Даштемир, и губы его скривила знакомая неприятная усмешка.
«Он смеется надо мной! — с обидой подумал Сайбун. — Эх, нелегко с ним!»
Только Даштемир уже не смеялся. Взгляд его был серьезен. И это успокоило Сайбуна.
— Надо, — сказал он. — Я хочу... велосипед!
— Велосипед? — Даштемир хохотнул. — Что ж тебе отец не купит?
— А знаешь, сколько стоит велосипед?
— Ну сколько?
— Рублей сорок!
Даштемир усмехнулся. Он усмехнулся так, словно мог каждый день тратить сорок рублей и покупать велосипеды.
— Папа сказал, — продолжал Сайбун, — если буду учиться на пятерки — купит.
— Так. А ты учишься на пятерки?
— Трудно учиться на пятерки, — признался Сайбун. — Не получается у меня...
— Значит, не видать тебе велосипеда как собственных ушей! — засмеялся Даштемир. — Ха-ха-ха!
— Ничего, — сказал Сайбун, злясь на Даштемира за его смех, — ничего, вырасту и сам куплю. Полугоночный. А захочу — и гоночный.
— Не горюй, браток, — серьезно заговорил Даштемир. — Слушай меня внимательно: будет у тебя велосипед. Хоть полугоночный, хоть гоночный. Найдем с тобой и сорок рублей, и сто сорок — только захоти! Ты, я вижу, парень с головой, а трусость твою мы собьем. Постой-ка, — Даштемир остановился около телефона-автомата, — позвонить надо. — Он опустил монетку, набрал номер. — Галя? Это ты? Даштемир, собственной персоной... Ах, вот как? Ладно. Ну мы же договорились. Хорошо. В семь? Хорошо. Оревуар, дорогая. — Он повесил трубку. Потом снова бросил монетку и снова набрал номер. — Тома? Привет! Даштемир... Конечно. Увидела бы ты меня сейчас — со смеху умерла! Подожди...
Даштемир прикрыл дверь телефонной будки, и теперь слова его еле доносились до Сайбуна.
— Видик еще тот! — продолжал Даштемир. — Настоящий работяга!.. Ну, крошка, гуд бай, жди меня, и я вернусь!
Когда Даштемир вышел из будки, Сайбун спросил у него:
— Ты что, английский знаешь?
Даштемир быстро повернулся к нему. Глаза его будто хотели пробуравить Сайбуна.
— Ах ты червяк, подслушивал?
— Я не подслушивал! — возмутился Сайбун. — Ты громко говорил, вот я и различил два английских слова...
— Ладно. — Даштемир уже улыбался. — Что тебя еще интересует? Был ли я на Гавайских островах? Знаком ли я с Фенимором Купером? Отвечаю: не был, не знаком, не привлекался...
— Что это — не привлекался? — переспросил Сайбун.
— Так, к слову пришлось. — Даштемир положил тяжелую руку на плечо Сайбуна. — Ну хватит баланду травить! Начинается твой испытательный срок. Выдержишь его — научу тебя всему, станешь сильным и ловким, велосипед получишь! — Он вытащил из кармана кусачки, кивнул на телефонную будку, видневшуюся неподалеку. — Бери инструмент и сними телефонную трубку...
— Телефонную трубку? — задохнулся от неожиданности Сайбун.
— Да-да, это испытание на смелость! — твердо сказал Даштемир. — А ты струсил, цыпленок?
— Я не струсил... Но зачем тебе телефонная трубка?
— Может, и ни к чему, но я хочу проверить, так ли ты труслив, как мне показалось. Ну?
Сайбун испуганно и беспомощно озирался вокруг. Что делать? Отказаться от предложения Даштемира? Уйти?
«Если я уйду, Даштемир не станет дружить со мной, и я никогда не научусь тому, что знает и умеет он!» — подумал Сайбун.
Если б на улице появился хотя бы один прохожий, у Сайбуна был бы повод увильнуть, не согласиться с требованием Даштемира. Но улица была пустынна.
— Не тяни резину, — сказал Даштемир. — Иди, пока никого нет. Я покараулю...
С этими словами Даштемир сунул тяжелые кусачки в руки Сайбуну. Ошеломленный Сайбун тут же выронил их. Кусачки плюхнулись на землю, по пути задев колено.
— Вай! — вскрикнул Сайбун.
— Эх ты, неженка! — брезгливо сказал Даштемир. — Подними инструмент! Быстро! И давай в кабину, а то...
«Будь, что будет!» — пронеслось молнией в голове у Сайбуна.
Он решился. Подняв кусачки, он будто коршун бросился в кабинку телефона-автомата и, почти не глядя, схватил трубку. Весь потный, волнуясь и поминутно оглядываясь на стоявшего неподалеку Даштемира, он долго не мог захватить кусачками пружинистый телефонный провод. Наконец захватил. И даже удивился, когда, едва нажав на кусачки, перекусил его. Телефонная трубка отделилась от аппарата.
Теперь на Сайбуна напало странное оцепенение. Он не отрываясь смотрел на трубку, как смотрел бы на какую-то невиданную раньше вещь.
Подошел Даштемир. Он довольно грубо вытолкнул Сайбуна из будки и сказал:
— Верни кусачки, джигит! — Последнее слово он произнес иронически, с ухмылкой. — Эх, браток... — Он сунул трубку с остатком провода в глубокий карман комбинезона. — Может, когда-нибудь из тебя и выйдет человек. Ладно, первое испытание ты выдержал, хотя и не на пятерку... Выше голову, сэр, ничего страшного не произошло! Мы взяли на память у государства одну телефонную трубку. Одну! А у государства их тысячи и тысячи. Знаешь пословицу: «Когда от многого берут немножко, это не кража, а только дележка»? Вот так-то.
— А снова эту трубку нельзя приделать? — выдавил из себя Сайбун.
— Можно, только зачем? Без нас приделают. — Даштемир подмигнул Сайбуну. — Ну я, конечно, буду молчать, что ты отрезал трубку. И ты не проговорись... Бывай, в ближайшее время увидимся! — Он кивнул Сайбуну и исчез.
Сайбун долго стоял на том месте, где оставил его Даштемир. Теперь, когда волнение ушло и можно было разобраться во всем происшедшем, он клеймил себя самыми страшными словами. Что он наделал! Ведь за такие вещи с телефонной трубкой могут и в тюрьму посадить!
Кто же он такой, Даштемир? И для чего ему понадобилась телефонная трубка?
Вот на это Сайбун ответить не мог.
«А может, вся история с телефонной трубкой действительно испытание? — подумал он. — Может, Даштемир решил проверить, выйдет из меня ловкий и смелый человек или не выйдет?»
Это было только предположение. Но через минуту Сайбун уже верил, что угадал правду. Понятно, Даштемир проверял его, и он, несмотря на некоторую нерешительность, все-таки доказал, что способен быть ловким и смелым.