— Я тебя никогда не оставлю одну, — сухие губы коснулись её лба, погружая в забытое умиротворение. — Больше не буду умалчивать о ранах. Я не хочу больше видеть тебя такой… неживой.
— Ты не лучше! — фыркнула она больше по привычке.
— Зато ты меня любишь, — промурлыкал он довольным котом.
— Да, наверное… Я точно не знаю.
— Я знаю, — он мягко приподнял её лицо, чтобы их взгляды встретились и без единой смешинки серьёзно повторил: — Вне всяких сомнений знаю. Иначе ты бы так не страдала.
— Да ну тебя! Нашёлся тут великий учёный-практик со своими доказательствами!
Хуан радостно визжал, Хорхе позволил себе весьма эмоциональные объятия обоих новобрачных, а команда без стеснения и страха перед командиром подняла сразу несколько кружек рома за здоровье капитана.
☠ ☠ ☠
Рука продолжала болеть.
Уроки фехтования Диего с недовольством отложил до лучших времён, ограничиваясь контролем за положением рук и ног Ады во время тренировки без противника. Впрочем, за пару дней до прибытия в Санто-Доминго он всё же взял в здоровую руку саблю и преподал своей жене несколько практических уроков. На его счастье именно рабочая рука и была той самой не пострадавшей. Не считая плохо слушающейся второй руки и слабости от лихорадки, продлившейся две недели, Диего быстро восстановился и на землю Эспаньолы ступил уверенным чеканным шагом.
Прежней рука так и не стала. Она слушалась после заживления, как прежде, но заметно утратила в силе. Впоследствии приходящая боль в плече предсказывала непогоду с удивительной точностью. Стоило появиться знакомой тупой боли, становилось ясно, что грядёт шторм через несколько часов. В море «точность» опережала бурю почти на день, предоставляя достаточно времени для манёвра. Весьма полезная способность, вполне стоящая, чтобы получить ранение.
Но этим открытиям ещё только предстояло свершиться. А пока перед Диего маячило немало неотложных дел по прибытию в Эспаньолу. Переговоры с будущими родителями супруги, официальная торжественная свадьба и непростое возвращение к посту губернатора. Отсутствовал он достаточно долго, чтобы бюрократия угрожала его похоронить под горами прошений и донесений. Но помимо мирской суеты оставалась Ада и все те счастливые дни и ещё более счастливые ночи, которые он собирался с ней провести. Времени тратить совсем не хотелось, столько наверстать ещё надо.
— Какие всё же чувства после завершения нашего долгого противостояния? — с лукавой улыбкой поинтересовалась Ада, нежась в его объятиях в ночь перед официальной помолвкой.
— Немного разочарован… — решил он её поддеть, не вдаваясь в подробности чем именно. Эффект превзошёл все ожидания.
— Я скормлю тебя Барышне! — прошипела возмущённая марсианка, гневно сверкая самыми синими в мире глазами. — Отправлю ей голубя, что ты планируешь на ней жениться, а своей холодностью просто набиваешь цену!..
Она хотела сказать что-то ещё. Много чего ещё, но Диего заставил её замолчать самым простым, пошлым, но действенным методом. Настойчивый поцелуй заставил её забыть обо всех невысказанных угрозах.
— Страшная женщина! — усмехнулся он.
— Сам виноват, разочаровался он!
В полумраке каюты её глаза завораживали. Только их он помнил, пока пытался вырваться из горячечного сна. К ним стремился. Теперь, когда они вывернулись изо всех передряг и задержались в этой гавани спокойствия, он пообещал себе никогда больше не повторять эпизода с её слезами. Он Диего де Очоа, адмирал вест-индийской флотилии и кавалер ордена Испанской короны. Уж ему-то под силу сделать так, чтобы его женщина всегда была счастлива. Такая миссия как раз займёт всю оставшуюся жизнь до самой смерти.
Конец