Раненный рыцарь
Раненый рыцарь
Грохот канонады не предвещал беды. Ему казалось, что это просто очередной арт-налёт, от которого можно укрыться и переждать. Но нет, увы, нет. Враг поменял тактику и оружие.
Потеря была невосполнима. Рыцарю казалось, что сами основания ушли из-под ног. Боль разорвала сердце — оно по привычке гнало кровь по омертвевшему телу, но жизнь уже ушла. Тело держалось лишь на тонких нитях обязательств. Дух, вечный дух, рвался к Создателю.
Душа умерла.
Даже слёз не осталось. Пепел смерти окутал всё: горькое перестало быть горьким, свет резал глаза, звуки глохли в пустоте. Когда-то сильное, бодрое, безумно смелое тело стало всего лишь вместилищем остывающей души. Смертельная рана перестала кровоточить — теперь это была пропасть безысходности. Враг торжествовал.
Огромный светлый Ангел уютно устроился в глубине небесной библиотеки. Перед ним мелькали отчёты происшествий и списки новых обитателей Царства. Лица, судьбы, чаши с фимиамом молитв... Должность Херувима была почётной и приятной.
Лишь одно слегка тревожило его: близкие тех, кто прибыл сегодня. Он не мог в полной мере почувствовать их боль, но видел последствия — сироты и вдовы теперь попадали в поле его деятельности. «Бог-Отец сирот и судья вдов» — всё было ясно. По лицу Небожителя скользнула лёгкая тень. Мужчины редко встречались в таких списках.
«Халев... Интересный экземпляр! — подумал Херувим, изучая досье. — Верный, как пёс. Страх Господень. "Хороший, добрый и верный раб"... Понятно, почему враг ликует. Но есть за что зацепиться».
Он задумался. Сильное влияние общественного мнения тормозило прогресс рыцаря... Но разве это важно сейчас?
«Чего ты хочешь, сын?» — тихий голос прозвучал в пустоте.
Сердце, обезумевшее от боли, молчало.
«Активация сыновства и узы любви», — мелькнуло у Херувима.
«Узами человеческими влек Я их, узами любви...» (Осия 11:4)
«Поднимись, ветер, с севера и принесись с юга, повей на сад мой — и польются ароматы его!» (Песня песней 4:16)
Страницы древних фолиантов раскрылись сами. Исцеляющее Слово сошло на раненого.
Улыбка тронула уста Небожителя. Из глубин библиотеки донёсся ангельский хор. Воздух наполнился весенней свежестью и ароматом цветущих садов. Сама Нежность опустилась перед рыцарем на колени — она знала, как рассказать о красоте жизни, подаренной Творцом.
Херувим не спешил закрывать книги. Погрозив пальчиком невидимому врагу, он наблюдал, как крылья собратьев сомкнулись над страдальцем. Самый внимательный из ангелов заметил: смертельная рана начала затягиваться.
Жизнь возвращалась.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов