— У меня уже есть планы на сегодняшний вечер. Мне очень жаль, но я не могу их отменить ради тебя, — проговорила Сьюзен.
— И это после того, как я пролетел сотни миль, чтобы только увидеть тебя и помочь тебе?
— Если бы ты сообщил мне заранее, что собираешься приехать, я бы постаралась что-нибудь изменить в своих планах. Сейчас слишком поздно. А теперь отпусти меня, мне надо идти.
Он все еще давил ей на плечи, вцепившись пальцами в тело. Но она не почувствовала того же, что было с Роджером Элвином. Прикосновение Джейма не было возбуждающим. Наоборот, ей показалось, что до нее дотронулись щупальца.
— Я хочу, чтобы ты провела со мной сегодняшний вечер.
— Нет.
— Тогда я настаиваю. Мы помолвлены и поженимся!
Сьюзен попыталась стряхнуть его руки со своих плеч.
— Неужели? — вспыхнула она. — Извини, но я ещё не сказала тебе ничего официально. Хотя должна была. Я извиняюсь. Если мы еще помолвлены, то я разрываю нашу помолвку сейчас и навсегда. Ты понял?
Он все понял, но он не хотел, чтобы это произошло именно так. У него была гордость. Слишком много. Для Джейма было в порядке вещей сказать женщине «кончено», но он не мог позволить, чтобы женщина сама порвала с ним. Это должна быть только его прерогатива.
Еще он беспокоился о выгоде, которую его семья могла извлечь из этого брака.
В этом двое мужчин, ее отец и его будущий зять, были очень схожи. Оба видели много перспектив от слияния двух крупных семей. Но Генри Армстронг не стал бы жертвовать своей дочерью против ее желания. Другое дело — Джейм Альварез.
Он думал, что по всем законам природы Сьюзен должна принадлежать ему. На это были две причины: он хотел ее как женщину и прибыль, которую она могла принести.
К тому же у нее хорошее происхождение. Ее дети были бы потомками Кортесов. Сьюзен будет носить имя, уважаемое веками.
Стать его избранницей — это очень большая честь.
Он закричал на нее, и его испанский акцент вдруг стал очень сильным:
— Я больше не собираюсь слушать эти глупые женские разговоры. Я говорю тебе… Я, Джейм Альварез, говорю, что ты будешь моей женой!
Он попытался опять схватить ее. Но она уклонилась, обежала его и толкнула сзади. Он потерял равновесие и упал вперед, наткнувшись на закрытую дверь.
Пока Сьюзен стояла и восхищалась своим удачным маневром, дверь приоткрылась. Она не могла открыться больше, так как голова и все тело Джейма Альвареза мешали этому.
Вошла ее горничная:
— Вы звали, мисс?
Сьюзен опустилась в кресло, пытаясь удержаться от смеха.
В конце концов, она пришла в себя. Джейм все еще был в шоке. Все произошло за секунды. Сьюзен отпустила прислугу, сказав, что ее гость споткнулся, но теперь все в порядке и он уже Уходит.
Горничная принесла его шляпу и трость.
Все еще не придя в себя скорее из-за реакции Сьюзен, чем из-за шишки на голове, Джейм, не желая продолжать скандал при прислуге, угрюмо вышел.
Сьюзен потянулась за телефонной трубкой и набрала номер «Глоуб», чтобы сказать Дженнифер;
— Давай пойдем сегодня в клуб «Розамира» вечером. Мы можем узнать там много интересного.
Глава 14
Теду Пейджу, журналисту «Глоуб» из отдела криминальной хроники, никогда бы не удалось выиграть награду в номинации «Стильный мужчина». Когда он присоединился к Сьюзен и Дженнифер в баре «Макгинти» вечером, на нем был смокинг, сшитый для человека ниже и толще его. Его волосы висели как пакля над ушами и были взъерошены на затылке. Белую рубашку он проносил, очевидно, весь день, а его галстук находился скорее под ухом, чем под подбородком. Появился он совершенно неожиданно, но все ему сильно обрадовались. Дженнифер сказала, что мужчины из «Глоуб» все ведут себя подобным образом: трудно понять, пьяны они или трезвы. Правда, когда они сильно напивались, они падали. Дженнифер воспринимала такое поведение как само собой разумеющееся. Для себя Сьюзен решила, что быть журналистом — ни с чем не сравнимая профессия.
Сьюзен пыталась возразить против Теда Пейджа в качестве сопровождающего. Но Дженнифер сказала, что разумно будет пойти в клуб «Роза мира» с кем-то, кто знает там людей. К тому же, сказала она, этому человеку можно доверять.
Обе девушки были одеты в платья для делового коктейля. Обе выбрали черный цвет. Сьюзен уложила волосы назад, в ее ушах сверкали бриллиантовые сережки, а на шее — прекрасное ожерелье, подходящее к цвету ее волос. Дженнифер не надела никаких украшений, за исключением мужских часов с кожаным ремешком на запястье.