- Сара, ответь мне честно, прошу тебя. Саад ведь мой сын, да ? Это же наш с тобой сын, я же прав ?
Сара распахивает глаза в ужасе и ее лицо начинает стремительно бледнеть. Ее рука покоящаяся в моей начинает подрагивать. И сейчас, судя по ее реакции, неважно, что она ответит и какую ложь придумает, я уже был уверен в том, что Саад мой ребенок. Он мой сын.
Сара резко отстранилась от меня и проговорила.
- Нет ! Он не твой сын !
- А чей тогда ? Аяза ? Ты была и с ним, и со мной одновременно ?
- Что ? Нет ! Я была верна тебе с тех самых пор, как полюбила.
Сказав это, она в ужасе уставилась на меня и прикрыла рот рукой. Я же просто разрывался от радости и осознания, что у меня есть сын. Сын, от любимой женщины.
- Вот видишь, Сара. Даже твой язык не хочет лгать. Да я бы и не поверил в твою ложь. Он похож на меня, ему 5 лет и ты назвала его так, как мы с тобой мечтали.
Сара закрыла глаза и глубоко задышала, что успокоить свои мысли. Я уверен, она и представить себе не могла, что я так быстро догадаюсь обо всем.
- Почему ты столько лет скрывала это ? Почему не сообщила мне ? Мой сын 5 лет рос без меня. Без своего отца !
- Потому что ты меня предал ! Ты предал нашу любовь, наши мечты, желания и цели. Ты предал нас ! У тебя уже есть семья, есть ребенок и этого хватит ! Оставь Саада !
- Оставить ? Оставить своего сына ? Ты вообще слышишь себя ?!
Сара подскочила и толкнула меня в грудь, поочередно выкрикивая.
- У тебя есть семья ! И ты прекрасно жил и без нас, и дальше проживешь ! Погости у родителей, а затем улетай обратно в свое царство и забудь о том, что мы вообще существуем.
Я не успел ничего ей ответить, как она быстрым шагом направилась в дом.
Я до конца не мог осознать то, что у меня есть ребенок. Мой ребенок. Мой сын. И еще от любимой женщины. Эмоции переполняли меня всего и я не сдержался, я рассмеялся чистым, звонким смехом высвобождая всю свою радость. Слезы навернулись на глаза, когда я понял, что мой сын рос все это время без меня, без своего отца. Как только Саад подбежал к Саре зовя ее мамой, я сразу приметил наше с ним сходство, такого совпадения быть не могло. Еще и возраст с именем добили до конца и я решил спросить у Сары все сразу же, как представится возможность. И в итоге оказался прав в своих суждениях. И сейчас, я буду рядом и буду в его жизни. Я постараюсь наверстать все упущенные годы, когда меня не было рядом и Сара была одна.
Несправедливость произошедшего заполнила меня всего и я опустился на корточки глубоко вдыхая ночной воздух. Закрыв на секунду глаза я вспомнил все, что произошло со мной за эти 5 лет.
С того момента, как Сара ушла я знал, куда она поедет и в какое время, ибо, в том домике она все мне сама рассказала. Но я решил отпустить ее и дать нам время. Ей, чтобы успокоиться, а себе, чтобы во всем разобраться. Меня тяготило то, что я не мог вспомнить ту ночь, которая и стала роковой для меня. Я не поверю в то, что это мой ребенок пока не будет установлено отцовство. А для этого мне пришлось ждать того момента, пока беременность не достигнет трех месяцев. Милена без зазрения совести согласилась и даже не стала упрямиться. Результатов я ждал с нетерпением и когда их огласили весь мой мир рухнул без возврата. Ребенок был моим. Это значит, что я все - таки предал Сару и теперь, не имею ни малейшего права ехать за ней и возвращать то, что потерял. У меня опустились руки и я стал плыть по течению. Я развеял по ветру все мечты связанные с Сарой и отпустил ее. Я бы не смог никогда ее забыть, ибо любил бесконечно, но я не стал вновь появляться перед ней и снова причинять ей боль.
Дни проходили серо и уныло, месяцы летели со скоростью света и вот наступил момент, когда я взял на руки свою крохотную дочурку и назвал ее Анель. С первого взгляда на нее я уже знал, что люблю ее всем сердцем и всегда буду рядом с ней. Милена жила со мной лишь как мать моего ребенка и на этом наши отношения заканчивались. Аяз стал неуправляем с момента исчезновения Сары, бредил ею и где только не искал ее. Когда он переходил границы я мешал ему и приводил в чувства, но его цепь снова срывалась и он ходил как ужаленный. На Анель он никакого внимания не обращал, даже не смотрел на нее.
Все продолжалось таким образом до первого дня рождения Анель. Я души в ней не чаял и мое сердце оживало лишь рядом с ней. У меня были подозрения, что Милена плохо обращалась с ней, но я не хотел их принимать ибо думал, что мать не может собственноручно вредить своему ребенку. Я уложил Анель спать и направлялся в свою комнату, когда услышал тихий разговор, который шел между Аязом и Миленой. Они были в комнате Аяза и тихо переругивались, дверь была не плотно закрыта и я намеренно подошел, чтобы подслушать их.