Она прошла в свою комнату, сбросила рюкзак на кровать и открыла окно.
Застывший воздух врывался внутрь, бодрил.
На телефоне снова вспыхнул экран.
Мирон:
"Доброй ночи, светлячок. Завтра тебя похищу."
Лена засмеялась и, не задумываясь, ответила:
Лена:
"Осторожно. Я тяжёлый груз."
Мирон:
"Самый классный груз, который только бывает."
Она выключила свет, легла на кровать и долго смотрела в потолок.
Глава тридцать шестая
Мирон приехал чуть позже, чем обещал.
Когда Лена, кутаясь в шарф, выбежала из подъезда, он стоял, прислонившись к своему чёрному внедорожнику, и беззаботно переписывался в телефоне.
Заметив её, он улыбнулся так, что в животе у Лены всё приятно сжалось.
- Прости за опоздание, - сказал Мирон, открывая перед ней дверцу. - Тебя ждать - вообще не проблема. Ради тебя я бы и час торчал на морозе.
Лена покраснела до ушей.
- Прекрати, - пробормотала она, садясь в машину.
- Не могу, - хмыкнул он и захлопнул за ней дверцу.
В машине было тепло и пахло чем-то ванильным.
- Куда едем? - спросила Лена.
Мирон усмехнулся:
- Покатаемся? Потом погуляем. Погода огонь. Город сегодня красивый. Давай?
Она кивнула, радуясь, что можно будет просто идти рядом, а не только сидеть в машине, теребя ремень безопасности.
Они шли вдоль заснеженных улиц. Над тротуарами висели гирлянды, в витринах светились призывы покупать со скидками, пахло морозом и свежевыпеченными вафлями.
Лена засунула руки в карманы пуховика. Мирон шёл рядом, время от времени слегка задевая её локоть своим.
- Ты всегда такая тихая? - спросил он вдруг.
Лена пожала плечами:
- Я не знаю... С тобой - нет.
Мирон усмехнулся.
- Это хорошо. А то я боялся, что придётся развлекать тебя клоунскими трюками.
- Можешь попробовать, - фыркнула она.
- Только если в костюме панды.
Они засмеялись.
Проходя мимо небольшого киоска с глинтвейном и горячим шоколадом, Мирон резко свернул к нему.
- Пошли, надо согреться.
Лена попыталась возразить:
- Я сама буду платить...
- Даже не начинай, - отмахнулся он. - У нас сегодня правило: все горячие напитки оплачиваю я.
Он заказал им по стаканчику горячего шоколада с маршмеллоу. Лена взяла свой, прижимая пальцы к тёплому стакану.
- Спасибо, - тихо сказала она.
- Не за что, - ухмыльнулся Мирон. - Только потом будешь должна... улыбнуться ещё хотя бы раз.
Лена покачала головой, но улыбнулась - светлой, тёплой улыбкой.
Они брели дальше, утаптывая снег, хрустящий под ногами.
- Что любишь читать? спросил он вдруг.
Лена задумалась: - Наверное... старые книги. Про приключения. Где всегда есть выбор, где можно спасти мир.
Мирон кивнул.
- Значит, ты спасатель по натуре.
- Ну да, спасаю шоколад от одиночества.
Он рассмеялся.
- Великое дело.
- А ты?
- Комиксы, - признался он с ухмылкой. - И кулинарные книги. Но только ради картинок.
Лена прыснула от смеха.
- Ну ты даёшь.
- Я честный.
Мирон глянул на неё сбоку, лениво, но внимательно. И вдруг, почти незаметно, взял её за руку.
Лена вздрогнула, но не отпрянула. Его пальцы были тёплыми, уверенными.
Секунду она шла, глядя под ноги, а потом подняла глаза - и встретила его спокойный, тёплый взгляд.
И сердце у неё сжалось.
Проходя мимо небольшой кондитерской, они остановились у стенда с карамельными леденцами.
- Хочешь? - спросил Мирон, доставая кошелёк.
- Мирон... - начала Лена, но он ткнул ей в руку карамельное сердце на палочке.
- Без споров. Примешь в качестве награды за терпение.
- За что терпение?
- За то, что терпишь мои тупые шутки весь вечер.
Лена смеялась почти беззвучно, но глаза её сияли.
Когда они вернулись к машине, на улице уже опустился ранний зимний вечер.
Фонари отбрасывали на снег длинные, жёлтые тени.
Мирон открыл перед ней дверцу, как всегда, будто это было что-то само собой разумеющееся.
В машине было тихо.
Лена гладила пальцами деревянную палочку от карамельного сердца, пока он ехал, негромко напевая под нос какую-то старую рок-балладу.
Перед её домом Мирон остановился, но не спешил открыть замки.
- Мне понравилось, - сказал он, глядя вперёд.
- Мне тоже, - прошептала Лена.
Он повернулся к ней и чуть наклонился. Она замерла - и в груди у неё будто вспыхнула искра.
Но Мирон только мягко коснулся её пальцев.
- Завтра напишу. Окей?
Лена кивнула. Даже голос бы не вышел, если бы она попыталась что-то сказать.