Она задумалась о своём, почти перестав слушать соседку, и вдруг неожиданно услышала имя, которое заставило её вздрогнуть и резко повернуться:
- … Влад приезжал, спрашивал про тебя и маму, - спокойно и буднично говорила тётя Маша.
Лена широко распахнула глаза, едва сдержав волну эмоций, нахлынувших на неё:
- Простите, что вы сейчас сказали? Влад?
Соседка, удивлённая её реакцией, снова кивнула:
- Ну да, Владик-то наш, Самойлов. Ты что, снова с ним подружилась, да?
Лена покачала головой, пытаясь скрыть своё замешательство, и быстро сказала:
- Нет, мы не общаемся… С чего вы взяли?
Тётя Маша чуть улыбнулась, словно зная что-то большее, и охотно продолжила:
- Так он на днях приезжал. С Ангелиной Петровной говорил, со мной потом тоже. Всё расспрашивал про вас с Агатой - как живёте, что произошло. Мы ему всё и рассказали - и про болезнь, и про больницу, и палату даже… Он тебе разве не говорил?
Лена чуть дышала, чувствуя, как внутри неё всё холодеет. Она тихо прошептала,:
- Нет, ничего не говорил…
- Странно, - задумчиво продолжила тётя Маша. - А вчера ведь опять он был, разве не с тобой он тогда разговаривал?
В этот момент с тихим звоном двери лифта раскрылись. Лена резко повернулась и, не отвечая, бросилась вниз по ступенькам, чувствуя, что если продолжит этот разговор хоть секунду, то не выдержит и снова разрыдается прямо на глазах у соседки.
«Это он… - билась в её голове лихорадочная мысль, пока она спускалась вниз. - Это он оплатил операцию маме, не Мирон. Господи, я распиналась перед Миронoм, а это Влад был, я даже подумать не могла!»
В её душе поднялась настоящая буря. Влад видел её с Мироном, с этими ненавистными цветами, а она даже не знала, что это он, Влад, тихо и незаметно помог её маме в самый трудный момент жизни.
«Как же теперь быть? Что делать?» - мучительно думала она, чувствуя, как сердце болезненно сжимается.
Выбежав из подъезда, она остановилась на мгновение, тяжело дыша и чувствуя, как холодный воздух обжигает её горящие от волнения щёки. Сейчас её охватило отчаяние и чувство вины. Влад, человек, которого старалась убедить себя не любить, сделал для неё самое важное, самое нужное, и теперь она чувствовала себя растерянной и виноватой перед ним.
Ей нестерпимо хотелось бежать к нему прямо сейчас, всё объяснить, сказать, что-то сказать. Но она не знала, как именно это сделать и хватит ли у неё на это сил и смелости.
Лена медленно пошла в сторону школы, стараясь глубоко дышать и хоть немного успокоить бешеное сердцебиение.
Глава шестьдесят первая
Пока Лена шла до школы, мысли метались в её голове хаотично и болезненно. С одной стороны, ей отчаянно хотелось найти способ как-то поблагодарить Влада за помощь маме, сказать ему, что она всё знает и бесконечно благодарна ему за то, что он сделал. Но с другой стороны, она отчётливо помнила его холодный взгляд, его презрительный голос, когда он отдавал ей серёжку. Он явно не хотел, чтобы она узнала о его помощи. Скорее всего так и есть, он ведь всегда относится к ней так холодно и отчуждённо.
Кроме того, её терзал вопрос с Мироном. Он не собирался оставлять её в покое, это было ясно уже вчера, после того театрального появления перед школой. Сегодня утром снова пришли сообщения от него:
«С добрым утром, Леночка. Я люблю тебя, не забывай об этом!»
Эти слова были совсем не радостными и тёплыми для неё, а наоборот - тяжёлым напоминанием обо всём, что произошло.
Зайдя в школу, Лена увидела Варю, которая сразу же засветилась от радости, заметив её. Подруга явно горела нетерпением узнать, что именно произошло вчера после того, как Мирон увёз их всех домой. Её глаза блестели любопытством, и она тут же, едва приблизившись, затараторила:
- Лен, ну наконец-то! Я всю ночь думала о вас с Мироном. Ну рассказывай, что было-то? Вы помирились или что?
Лена не выдержала, усталость и раздражение от всех накопившихся эмоций вдруг прорвались наружу, и она тяжело вздохнула:
- Ой, Варь, я так устала от всего этого! Сама не знаю, чего ему от меня надо. Что он вообще добивается своим поведением… Этот спектакль вчерашний возле школы… да и вообще, он мерзко поступает. И насчёт помощи моей маме наврал, представляешь? Не он помог, а совсем другой человек. Он просто использовал это для манипуляций!
Варя округлила глаза и возмущённо ахнула:
- Да ладно?! Вот же дрянь, а казался таким милашкой! И кто же тогда помог маме?