- Есть, командир, - хмыкнула из кухни Клавдия, и Лена впервые позволила себе улыбнуться при ней по-настоящему.
Влады по-прежнему не было; Мирон присылал длинные, извинительные абзацы - Лена оставляла их непрочитанными. Карина держалась тише воды, но её взгляд по коридору всё так же цеплял, как колючка на свитере.
До Нового года оставались считанные дни - город светился, витрины искрились, и даже мороз щадил, будто сам подыгрывал празднику. На каникулах у них - Питер, и от одной мысли у Лены щемило приятно и тревожно сразу: всё получится, обязательно получится.
- Я хотела позвать тебя к нам на ночь, - сказала Варя по дороге в школу, - но… ты, наверное, захочешь встречать с бабушкой?
- Похоже, да, - Лена улыбнулась. - Но первого числа я твоя, слово.
Подарок маме у Лены был готов давно - тёплый белый пушистый шарф, такой, в который хочется зарыться носом. Оставалось придумать, что дарить Ольге Александровне и Клавдии. Наличные после расчёта в кафе - немного, но были; Лена попросила:
- Ольга Александровна, можно мне в молл, с Варей и Алиной? Подарки купить…
- Согласовано, - коротко ответила та. - Время - два часа. Водитель отвезёт и заберёт. Список покупок - у тебя в голове, надеюсь.
Молл гудел, как улей: стекло наверху отражало гирлянды, где-то на первом этаже играл живой оркестр - «В лесу родилась ёлочка» в джазовой переработке. Пахло корицей, мандаринами и сладкой ватой; все улыбались незнакомым людям, и это казалось вполне нормальным.
Девчонки кружили между стойками: цепляли блестящие резинки для волос, примеряли варежки с помпонами, хихикали над нелепыми рождественскими свитерами. Лена загляделась на стенд с чаями - жестяные банки, как маленькие шкатулки, каждая с зимним рисунком.
- Клавдии - чай, - почти сразу поняла она. - С корицей и кардамоном. Вон тот, в синей коробке со снежинками.
Открыла кошелёк, прикинула. Хватит. И к чаю - маленькая открытка «Спасибо» с аккуратным золотым тиснением. Клавдия, наверное, улыбнётся так, как всегда - тёпло и будто извиняясь за всю суровость этого мира.
С бабушкой было сложнее. Лена ходила вдоль витрин, читала ценники и чувствовала, как растёт растерянность: что подарить человеку, у которого есть всё - и ещё немного сверху?
- Подари сердце, - предложила Варя с самым серьёзным видом. - Ей явно нужно. Она же снежная королева, вся из льда сделана.
Лена прыснула, но смех вышел кривым.
- На кассе не пробьют, - ответила. - И гарантия не положена.
Алина затащила их в магазин интерьерных штучек: стеклянные домики-ночники, свечи, рамки, статуэтки оленей. Рука сама потянулась к рамке - лаконичной, тонкой, серебристо-матовой, как мороз на окне. Внутри - образец фото: чёрно-белая девушка с мягкой улыбкой.
- Вот это, - тихо сказала Лена. - Она строгая, но у неё в кабинете пусто на столе, только бумаги. Может… пусть у неё будет рамка. А там - кто знает…
- Папино фото, - догадалась Варя осторожно.
- Когда-нибудь, - кивнула Лена. — Или… наше общее. Если она захочет. Но сначала - просто рамка.
Рамка оказалась «по карману», особенно если отказаться от бессмысленной тряпичной игрушки, в которую Лена успела влюбиться за десять секунд. На кассе пробили чай, рамку и открытку; пакет шуршал, как снег под ногами.
Остаток времени они просто бродили: слушали оркестр, выпили по стаканчику горячего какао у стойки и разглядывали, как в импровизированной фотозоне малыши обнимают огромного мягкого медведя. Водитель подхватил их к входу чётко в назначенный час, в машине было тепло и пахло ванилью.
- Всё нашли? - улыбнулся он в зеркало.
- Да, - ответила Лена, прижимая пакет. - Самое нужное.
Дома Клавдия приняла пакет, будто это не покупка, а маленькая тайна:
- Положу под ёлочку? Или вручишь в Новый год?
- Вручить, - смутилась Лена. - Сама.
Ольга Александровна выслушала отчёт о времени и маршруте, кивнула на пакеты - без комментариев. Но когда Лена, уходя в «жёлтую», обернулась, ей показалось: взгляд бабушки задержался на краю серебристого уголка упаковки на миг дольше, чем обычно.
Вечером Лена достала мамин шарф, провела ладонью по мягким ворсинкам, спрятала подарок обратно. Потом подписала открытку для Клавдии - «спасибо за тепло» - и, помедлив, положила рядом с рамкой крохотную записку тонким почерком: «С Новым годом. Пусть в этом доме будет одно фото, которое хочется держать на виду».
Она сложила подарки, выключила свет и приоткрыла штору. На улице шёл лёгкий снег - не спешный, праздничный, будто город репетировал бой курантов. Лена прислонилась лбом к прохладному стеклу и, сама того не замечая, улыбнулась: впереди действительно был лучший праздник. И, может быть, в этот раз он попробует случиться правильно.