Елена вела себя тихо. Кроме чашки чая ничем не нарушила покой жилища, свернулась на диване в гостиной, укрылась пледом и листала странички в интернете, даже свет не включала. Так ее застал донельзя недовольный Глеб, проснувшийся по утру и не обнаруживший девушку под боком. Бегал по дому, искал и психовал, пока не наткнулся на нее. Глеб навис над ней, заполошно дыша, еще не отойдя от диких скачков по квартире в поисках потерянного сокровища. Елена осознала его присутствие каким-то шестым чувством, открыла глаза.
- Ты чего здесь? – немедленно спросил Глеб, быстро оглядывая ее фигурку.
- Чай пела и уснула, - кивнула на чашку Елена, виновато улыбаясь.
- Спать пошли, - буркнул мужчина, поднял ее прямо с дивана и потащил обратно на кровать, хвост пледа волочился за ними по полу, телефон остался брошенным в одиночестве.
Через два часа пришлось вставать окончательно. Глеб до последнего не отпускал ее от себя, сам довез до квартиры, пожертвовав началом рабочего времени. Влившись в сплошной поток автомобилей, Глеб услышал знакомый рингтон, поднял трубку. Через три дня в том же доме, сообщила голосом Бориса трубка. Глеб окаменел, заиграл желваками. Скоро он начнет платить по счетам за Алину.
Пришлось выдумать про командировку на выходные, чтобы оправдаться за отсуствие перед Еленой. Легенда звучала откровенно слабенько, они строили планы, и он вдруг сорвался. Глебу пришлось вытерпеть явное недоверие в ответах девушки, он пообещал себя разобраться после. Варвара его не подвела, не отказалась в последний момент. Забирал ее мужчина прямиком из салона красоты, где она провела за его счет полных семь часов. Наряд на ней тоже оплачен Глебом. Варвара выплыла к машине при полном параде. Она постаралась изо всех сил и лучше выглядеть просто не могла. Глеб пристально ее оглядел и снова испугался. Варвара хороша. Выбивается из серой массы однозначно, но больше в сторону признанных на данный момент требований к красоте. Глеб продолжал хорохориться и понимал, что его спутница сильно уступает попавшим в загадочную коллекцию. Она другая. Такую, как нужно, ему не найти. Приходилось работать с чем есть. Главное вести себя уверено.
Опер и его группа, оставаясь невидимыми, дожидались знака от него. К дому он подъехал ровно к назначенному часу. Здесь были специальные люди, отгоняющие машины на стоянки, традиция в стране не прижилась и казалась диковинкой. Глеб передал ключи от своего авто парковщику с заминкой. Обошел машину и достал оттуда свою даму. Варвара ощущала себя королевой и несла корону с подобающей легкостью, благосклонно улыбаясь.
Борис встретил их у самого порога, не дал больше двух от дверей отойти. Широкая улыбка и радостное выражение начали отцветать на его лице, как на ускоренной съемке. Глеб смог продвинуться еще на пару метров к заполненному людьми залу, когда Борис намертво перегородил им собой дорогу.
- Ты с ума сошел? Кого притащил? – шипел почти не открвая рта Борис, начиная теснить их обратно. – Что за шлюха размалёванная?
- Как ты меня назвал? – с пол-оборота включилась в скандал Варвара, она привыкла биться за себя самостоятельно и в экстремальной ситуации не подумала переложить эту обязанность на Глеба. – Петух ощипанный!
Борис разгневанно отмахнулся от налетевшей девушки, походя смазав ее по щеке. Глебу пришлось буквально разнимать их, подоспела охрана и все трое оказались на улице. Глеб обхватил Варвару за плечи и встряхнул, чтобы прекратить сиреноподобный вой.
- Иди в машину, - максимально начальственным тоном приказал он, девушка заткнулась и послушалась, застучав каблучками в сторону парковки.
- Ты дебил? – продолжал яростные расспросы Борис, трясясь от злости. – Я за тебя главе поручился. Я обещал, что они сегодня Елену увидят. Не знаю, как теперь вывозить, глава меня с ботинками сожрет. Сволочь ты, Воронцов.
С последними словами Борис развернулся и канул внутри неприступного клуба. Глеб постоял возле дверей, его накрыло провалом, как в крупном проигрыше при неправильно принятом бизнес-решении. Ему надо возвращаться к Варваре. Девушка устроила ему настоящее цунами, требовала по переменке везти ее травмпункт и милицию писать заявление, ругалась на Бориса, плакала навзрыд. Глебу стоило невероятных усилий успокоить ее и высадить у ее дома, взяв обещание никуда не обращаться. В довершении всего, на телефон в недоумении позвонил опер, послушал, хохотнул, сказал бывает, деньги вернуть не обещал и уточнил, что за следующий сеанс нужна будет такая же сумма.