Раздался грохот, сопровождающийся треском дерева, двойные двери входа распахнулись настежь. Увлеченные гости не поняли, не успевали отойти от зрелища покорения и приобщения к красоте.
- Спокойно, работает…, - рявкнуло громогласно от дверей знакомое до боли по сводкам криминальных новостей. – Лечь на пол, руки за голову, ноги на ширине плеч.
Завизжали девушки, люди заметались по комнате и их начали отнюдь не нежно укладывать, как люди в форме вежливо просили изначально. Пользуясь тем, что они довольно далеко от дверей, Глеб стряхнул с себя ослабевшую хватку охраны, добрался до Елены и накинул ей пиджак на плечи. Она едва ли заметила, соскользнула с кровати, собрав свои вещи и прижав к животу. Девушка затихла у бортика кровати, не привлекая внимания и не понуждая силовиков к применению силы. Глеб тянулся к ней и его уложили совсем рядом. Гости выкрикивали угрозы, обещая уволить всех прямо через час. Членов клуба и девушек начали выводить маленьким группами. Женщин и мужчин отдельно. Настал подходящий момент, Глеба отделили от остальных, он успел вцепиться в Елену, не отпуская ее и их вместе отвели к знакомому оперу, занявшему отдельную комнату тут же.
- Ну и помойка, - морщился опер, скрывая под осуждением азартное веселье. – Удачно я зашел. Спасибо, ты мне подарок считай подарил, Воронцов.
- Дай ей одеться, - хрипло буркнул мужчина с беспокойством пробуя заглянуть Елене в глаза, у него не выходило, она держала голову опущенной и трогать ее страшно.
- Пусть одевается, - с барского плеча махнул рукой опер. – Кто ж против? Нам тут поголовно всех одевать приходится, не тащить же сливки общества с голыми яйцами по городу.
Опер не препятствовал, но не отказывал себе и пялился на Елену, ловя каждое ее движение, пока Глеб не встал четко напротив него, загораживая ему обзор.
- Ух, какой скандалище поутру настанет, - хвастался опер, никак не комментируя жадность заказчика, не давшего вдоволь посмотреть на девочку, будто с нее убудет. – Главное девки не замолчали бы.
- Мы в первый раз пришли и ничего не знаем, - настойчиво напомнил Глеб, его миссия выполнена, дальше он ожидал копий собранных материалов, станет понятно, как действовать.
- А наркоту мы нашли, кстати, - делился радостью неутомимый правоохранитель.
- Рад за тебя, - раздражённо намекнул Глеб, поглядывая на дверь.
- Да погоди ты, надо вам машину вернуть, сумки там, телефоны, бирки давай, я схожу, распоряжусь, - сморщился от неотзывчивости знакомца опер и получив номерки, сгинул из комнаты.
- Елена, - позвал Глеб, остался без ответа и просто топтался рядом с ней битых полчаса, пока опер не вернулся.
Они поехали домой в гнетущем молчании. Глеб утащил ее к себе, даже не поинтересовавшись куда она хочет. В таком состоянии ее отпускать нельзя. Войдя в квартиру, она растеряно осматривалась, не понимая, где оказалась. Глеб едва успел ее перехватить, не дав запереться в ванной.
- Давай поговорим, - призывал он, начиная дико нервничать, должно было полегчать, а напротив колотило, будто от высокой температуры. – Тебе ничего не угрожало, ты сама видела. Я не прав, что не рассказал заранее, но у меня выхода не оставалось.
Девушка посмотрела прямо на него абсолютно пустыми глазами, вымытыми не выпущенным страданием изнутри. Она не плакала, не говорила, не делала резких попыток сбежать.
- Прекращай психовать, - продолжал нести Глеб, перекладывая на нее собственные чувства и обвиняя в них. – Дай мне нормально объяснить. Я туда давно собирался пробраться, но без тебя у меня не получалось. Понимаешь?
Она не понимала. Не могла. Или не хотела. Вообще не слышала. Добраться до нее не получалось. Глеб забегал по комнате, занявшись разогреванием чайника, собираясь организовать никому не нужный чай. Пока он метался, Елена поднялась с кресла, в которое он ее усадил и пошла в сторону спальни. Глеб заметил ее отсутствие спустя долгую минуту, побежал следом, девушка легла на кровать прямо в одежде, свернувшись в клубок и прикрывшись сверху покрывалом.